ENG | RUS | ESP | DE | FR
Worldaggressor.comWorldaggressor.com
joomla templates

Регистрация

*
*
*
*
*
*

Fields marked with an asterisk (*) are required.


Login the account in the social network.

Login the account in the worldaggressor.com
You are not permitted to view this content.
You are not permitted to view this content.
Login/Registration Login or Registration

Политика

01/10/2019 - 05:15

Фото из открытых источников

Тесное взаимодействие лидеров России и Франции отвлекло внимание от саммита «Большой семерки» и заставило обозревателей вспомнить о существовавшей некогда концепции «большой Европы», пишет китайский эксперт. По его мнению, в России прочно укоренился европоцентризм. Самым важным вопросом для России остается снятие санкций и нормализация отношений с Западом.

На этих выходных во Франции состоится ежегодный саммит «Большой семерки». Накануне его открытия Эмманюэль Макрон пригласил президента России приехать во Францию с визитом. Перед началом переговоров Макрон заявил журналистам, что Россия — европейская страна, и он верит в Европу, простирающуюся от Лиссабона до Владивостока. В ответ на эти слова, Путин выразил надежду, что Россия сможет устремиться к этой цели совместно с Европой. Тесное взаимодействие лидеров России и Франции отвлекло внимание от саммита «Большой семерки» и заставило обозревателей вспомнить о существовавшей некогда концепции «большой Европы».

Концепция «большой Европы» от Лиссабона до Владивостока была придумана президентом Франции Шарлем де Голлем. Во время визита в Германию в сентябре 1962 года он сказал: «Настанет день, когда мы построим Европу вместе с Советским Союзом». Эта фраза была сказана специально для СССР и США, чтобы показать им независимость и открытость французской дипломатии. В понимании Шарля де Голля, Европа простиралась от Лиссабона до Урала. Позже, основываясь на этом высказывании, Горбачев расширил границы «общего европейского дома» до Владивостока.

После распада СССР в спорах о том, куда России двигаться дальше, европоцентризм (евроатлантизм или прозападные идеи), победив идеи славянства и евразийства, в эпоху правления Ельцина достиг своего апогея. Россия и Евросоюз понимали под «большой Европой» разные вещи. Россия надеялась оказаться наравне со странами Запада и найти себе место в их мире, а Европа стремилась распространить свое влияние на постсоветском пространстве и не позволить России воссоздать Советский Союз. Это объясняет острые геополитические противоречия, связанные с концепцией «большой Европы».

После крымских событий Запад ввел экономические санкции против России и оказывал не нее политическое давление. Отношения с Западом сильно испортились, и Россия была вынуждена отказаться от многолетней погони за «большой Европой». «Советник» президента России Владислав Сурков говорил о грусти, с которой российская элита вспоминает об этой концепции, отчаявшись воплотить ее в жизнь. По его словам, Россия принимала участие и побеждала в большинстве европейский войн, спасая страны континента. Но когда помощь была нужна России, ни одна европейская страна не протянула ей руку. После распада СССР Россия вновь сделала шаг навстречу Европе, которая оказалась не в состоянии вместить в себя эту «слишком большую, до ужаса огромную» страну. Сильно уменьшившаяся по сравнению с Советским Союзом Россия повиновалась Европе, но та по-прежнему не желала ее принять.

Концепция «большой Европы» уже сменилась в России концепцией «большой Евразии», но многие на Западе полагают, что рано или поздно страна захочет вернуться в «большую Европу». В России прочно укоренился европоцентризм, а приоритетными направлениями ее внешней политики остаются Европа и Америка, отодвигая на второй план страны СНГ. Россия никогда не применяла дипломатию двуглавого орла, уделяя должное внимание как Востоку, так и Западу. Многие российские ученые полагались на Восток только ради того, чтобы вернуться на Запад. Концепция «большой Евразии» не исключает сотрудничества с Европой, в некотором смысле она просто стала расширенной версией старой концепции. Российские представления о «большой Евразии» отражают русского человека, мечущегося между Востоком и Западом, идущего на Восток, но то и дело бросающего взгляд на Европу.

Когда США удалось использовать украинский кризис, чтобы вбить клин между Россией и Европой, Россия не оставляла попыток наладить отношения с Западом и решила действовать через Европу, а именно через Германию, Францию, Италию и Испанию, с которыми у нее был относительно неплохие отношения. На фоне продолжающейся конкуренции Россия добилась значительного прорыва на европейском направлении. В июне 2019 года Совет Европы вернул ей право голоса в ПАСЕ. Судя по внешней политике, Россия не хочет вечного противостояния с Западом и намерена как можно скорее нормализовать отношения с ним. Поэтому на встрече с журналистами Владимир Путин высказал желание общаться с партнерами, состоящими в «Большой семерке».

И все же «большая Европа» ровно, как и «большая Евразия» — это всего лишь грандиозные концепции. Самым важным вопросом для России остается снятие санкций, улучшение и нормализация отношений с Западом. Получится ли у России осуществить все эти стремления?

Макрон вновь обратился к концепции «большой Европы» по нескольким причинам. Европа страдает от беженцев и популизма. Канцлер Германии Ангела Меркель объявила, что не будет баллотироваться на очередной срок из-за состояния здоровья. Новый премьер-министр Великобритании Борис Джонсон еще не успел твердо встать на ноги, к тому же, перед ним стоит задача разобраться с хаосом, связанным с выходом страны из Евросоюза. В итальянском правительстве начался кризис. Таким образом, Франции представилась прекрасная возможность заявить о роли европейских лидеров.

Трамп замахивается своей дубинкой на союзников в Европе, требуя увеличить военные расходы в рамках НАТО и покупать американское вооружение, он ведет торговую войну и укрепляет военное сотрудничество с отдельными странами Восточной Европы, разобщая Евросоюз. Все это заставило Макрона возглавить строительство совместной системы обороны Европы.

Ужесточение санкционной политики Запада, призванной изолировать Россию, не возымело должного эффекта, Путин не изменил своей позиции и не пошел на какие-либо уступки по украинскому вопросу. Макрон скорее хотел бы включить Россию в «Большую восьмерку» и контролировать ее внутреннюю и внешнюю политику, чем бездействовать в отношении страны, «предоставленной самой себе». К тому же пора принимать решения по украинскому кризису, а Франции невыгодно ухудшать отношения с Россией. На этом основании Макрон активно способствует улучшению отношений с Россией, их дружественное взаимодействие продолжится в будущем и благоприятно скажется на процессе нормализации российско-европейски отношений.

Если Россия хочет улучшить отношения с Западом, ей нужно будет уделить особое внимание позиции США, так как Евросоюз сильно зависит от них в вопросах безопасности. К тому же, улучшение российско-американских отношений представляется намного более сложным делом, чем улучшение отношений с Европой. Этого надо будет добиваться путем долгого и упорного труда. В США российский вопрос рассматривается в рамках внешней и внутренней политики страны. Американская политическая элита достигла небывалого единодушия относительно сдерживания России.

Пережив мучительный Рашагейт, Дональд Трамп сосредоточился на подготовке к выборам 2020 года. Обычно перед президентскими выборами находящийся у власти кандидат не уделяет большого внимания внешней политике, поэтому приглашение России вернуться в состав «большой восьмерки» скорее всего было необдуманным поступком Трампа. Возвращение в G8 не упростит решение спорных вопросов между Россией и Западом. Таких, как проблемы, связанные со вмешательством во внутреннюю политику России, Договором о РСМД, Украиной, Сирией, Венесуэлой и т.д.

Украинский вопрос — причина, по которой были введены антироссийские санкции, и один из главных камней преткновения в отношениях между Россией и Западом. После того, как Зеленский стал президентом, российско-украинские отношения сильно изменились, стороны изъявили желание возобновить переговоры в формате «Нормандской четверки». Запад ужесточил санкции из-за того, что крымский вопрос до сих пор не был включен в программу обсуждений какого-либо многостороннего консультативного органа и всячески игнорируется крупными державами. Стороны уверены, что ключом к разрешению ситуации на Востоке Украины может стать новое Минское соглашение. Однако само соглашение несовершенно, в нем не обозначена последовательность выполнения сторонами своих обязательств, оно также не имеет достаточной обязательной силы для сторон, не выполняющих обязательства.

Конфликт на Востоке Украины мог бы быть разрешен при условии запуска переговоров в формате «нормандской четверки» и российско-украинского диалога, однако вопросы, связанные с прекращением огня, обменом пленными, выводе тяжелого вооружения и окончательном разрешении конфликта, все еще представляют особую трудность.

Учитывая прошлое и настоящее, а также тот факт, что Азия становится всемирным экономическим центром, а между Китаем и Россией существуют отношения всестороннего стратегического партнерства, для России становятся очевидными внешнеполитические преимущества концепции «большой Евразии». С объективной или субъективной точки зрения возвращение в «большую Европу» окажется для России долгим и трудным.

Чжао Хуэйжун (赵会荣) — научный сотрудник Института России, Восточной Европы и Центральной Азии Китайской академии общественных наук

01/10/2019 - 01:15

Владимир Зеленский удовлетворил запрос общества на нового лидера и стал «общим» президентом для Востока и Запада. Он сплотил страну и дал людям надежду, при этом взяв на себя огромную ответственность, считает историк, философ, старший научный сотрудник Института Кеннана при Международном научном центре им. Вудро Вильсона Михаил Минаков. Однако новый президент не сможет для всех быть хорошим, рассказал он в интервью «Апострофу», и не все его решения понравятся большинству украинцев. В частности, обществу надо готовиться к тому, что мира на Донбассе, которым все будут довольны, достичь невозможно.

Апостроф: Начнем с глобальной темы — победы Владимира Зеленского на выборах. Многие социологи и историки называют эту победу «Майданом», только электоральным. Как историк, какую оценку вы ставите этим событиям?

Михаил Минаков: Не буду забирать себе лавры историков. Я принадлежу к цеху философов, но к историкам тоже отношусь с любовью. Для меня приход Зеленского — это неожиданность. Многие из моих коллег это предвидели, по крайней мере, говорили, что предвидели. Я смотрю на собственные записи, анализ годовой давности, и я этого не видел. Конечно, было заметно, что проявляется спрос на новое лицо, что страна готовится к смене поколений, но что это произойдет вот так — я не ожидал. Я был уверен, что Петр Порошенко победит. Все фишки расставлены, институты подготовлены. Мне кажется и он сам, и его окружение также разделяли это мнение.

— Возможно, в этом и была проблема: они были настолько уверены в своей победе, что не анализировали запросы общества?

— Вероятно, да. Это концептуальные ошибки. То, что происходило в марте-апреле — это неожиданность. Я в то время был на Украине и активно мониторил ситуацию. Я ездил на фронт, говорил с политиками и дипломатами в Киеве. И меня поразило, что все дипломаты, западные партнеры делали ставку на Петра Порошенко и на его победу. Они считали это благом для страны. В армии, прифронтовых частях было очевидно, что младшие чины, солдаты поддерживают Зеленского, старшие чины, офицеры — поддерживают Порошенко. Это разделение было очень заметно на месте. Можно уже ссылаться на исследования наших социологов: среди населения был спрос на нового лидера и усталость от прошлого лидера.

То, что именно Зеленский предложил это лидерство — говорит, что содержание зависит от формы в этом случае. Он был той формой, которую украинцы считали наиболее приемлемой. Вообще его победа — это слом определенной политической традиции. Восток и Запад у нас сильно отличались электорально. И Зеленский разрушил эту структуру. Он преимущественно победил даже в городе, где родился Степан Бандера. Это показывает, насколько меняется Украина. И что национал-консервативная программа Порошенко была ошибочной, и его вмешательство в церковные дела и в культуру. Государство заходило на участки, куда не должно было заходить, а там, где государство должно работать — это защита населения, территорий — оно точно не работало.

— А что в таком случае может стать новой национальной идеей, если предыдущий президент делал ставку все-таки на националистические вещи. Что может стать такой идеей для нового президента, чтобы она в перспективе стала «украинской мечтой»?

— Та идея, которую исповедует Зеленский и его команда — это быстрые победы. И они очень важны. Это то, что держит их вместе. Это не только лидерство Зеленского, но и то, что привели молодежь в парламент, заставляли старших и младших, бедных и богатых, образованных и необразованных голосовать за Зеленского. Он побеждает не только географически, но классово. В этноязыковом разрезе он тоже ведет всех. То есть он оказался вот этим «общим» президентом, вероятно, потому что действовал только через эмоции. Программы нет. Мне как политическому философу было важно увидеть программу, в которой есть содержание, чтобы понять: он действует в соответствии или несоответствии, адекватно нуждам или неадекватно. Я не могу ее схватить, программа все время избегает конкретики, но действует на эмоции. И это действие снова работает.

Недавно социологи из группы «Рейтинг» показали, что едва ли не впервые украинцы являются оптимистами. Мне как заядлому пессимисту, конечно, странно видеть это. Раньше я чувствовал себя более адекватно в стране. Сейчас, когда все вокруг оптимисты, я немножко чувствую дистанцию. Почти 60% с оптимизмом смотрят в будущее. Когда спрашивают о настоящем, украинцы адекватны: они рационально оценивают, что [находятся] в неблагоприятных условиях. За 30 лет мы не смогли сильно продвинуться вперед в социально-экономическом плане. Тот уровень свобод, который был в конце перестройки и в начале независимости — даже немножко хуже показатели. Даже после революций все равно не улучшили этот результат. А вот в социально-экономическом — мы до сих пор на уровне 1990-1991 годов.

— Сколько популизма в действиях Зеленского? Многие называют его первые законодательные инициативы популистскими и нацеленными на быструю победу и поддержку рейтинга, чем на более программные вещи?

— Надо разделить популизм и первые шаги. Первые шаги только выглядят популистскими. Действительно, за долгое время и Порошенко, и Тимошенко, и Ющенко приучили нас думать, что наши враги сидят в парламенте. Выезжаете за пределы Киева и постоянно отмечаете, что депутат — это одна из самых ненавистных фигур. Но парламент — это единственный институт, который оберегает гражданские свободы. То, что сейчас произошло, это популярное решение, но это еще и очень выгодное решение для президента, вообще создание президентской республики.

— Выгодное для кого?

— Для президента и его команды — создание этой пирамиды. Это большая опасность. Конечно, президент демонстрирует добрую волю, предложив закон об импичменте. Но когда читаешь этот закон, понимаешь, что импичмент остается почти невозможным. Зато депутаты теперь уже более слабые. И этот дисбаланс между президентской властью и парламентом означает, что у нас усиливается одна ветвь власти за счет другой. Это неправильно. Это плохо. Это опасно. Если возвращаться к популизму, то во многом своей победой Зеленский обязан популистским шагам и методам. Но, в отличие от популистов западных европейских стран, его популизм объединяющий.

— Националистическая политика Порошенко так же разделяла…

— Именно так. И эта травма еще долго будет висеть над Украиной и над судьбой страны. Вред, который нанес Порошенко — это надолго. Но, возвращаясь к популизму, — Зеленский сшивает страну эмоционально. И это огромная ответственность для такого лидера. Он собрал страну, создал спрос на себя и на надежду на себя. Представьте, что все население, привыкшее жить без надежды, неожиданно начинает надеяться и видеть свет в будущем. Какая будет фрустрация, если президент не будет способен это выполнить.

— Большая фрустрация была уже дважды после «майданов».

— После «майданов» — да. А метафора, предложенная профессором Головахой — «электоральный майдан» — и хорошая, и плохая. Хорошая, потому что показывает радикальность изменений, а плохая, потому что «майданы» — это неконституционные действия. «Майдан» содержит в себе конституционные и антиконституционные элементы. В победе Зеленского — это конституционное действие, это выборы, законный, легитимный и легальный путь смены власти, который в корне меняет ситуацию. Но на долго ли эта смена? Старое поколение, которое не является старым — и Порошенко, и Тимошенко — это люди, у которых есть опыт, хорошие связи, ресурсы человеческие и финансовые. Единственное, чего у них нет и не было — это идеи. Они привыкли к использованию идеи и осквернению этих идей. Даже этнонационализм Порошенко — это осквернение этнонационалистических идей. Именно поэтому земляки Бандеры голосуют за Зеленского.

— Почему украинцы сознательно согласились на такую моновласть? Де-факто не всегда так было, но де-юре — впервые возникла такая ситуация, и она несет много угроз.

— Я помню, как после Евромайдана, в мае 2014 года, КМИС выдает опрос, и там уже есть спрос на сильную руку, что-то около 70%. Нас постоянно качают эти эмоциональные попытки украинцев — от спроса на свободу до спроса на сильную руку. Но для нас это означает меньше рациональности. Чего нам не хватает, так это рациональности и толерантности. Эмоции против этого. Сейчас наша законодательная система за последние годы стала очень нетолерантной, и она провоцирует расколы и разрывы. Конечно, надо пересматривать это. И я не знаю, способна ли эта команда на это.

Если смотреть на наш регион в целом, [существуют] большие риски новых войн. Мы вкладываем очень много денег в войну, я говорю обо всех странах региона Восточной Европы. Отсутствуют сильные дипломатические коммуникационные структуры между политиками. Такой перекос был накануне и Первой мировой, и Второй мировой войны в мире. Сейчас мы видим это только регионально. Поэтому надо рационально готовиться к новым войнам. А это значит, что надо строить сильную республику, солидарное население, основанное на внутренней толерантности и сильной системе безопасности. Пока я ни того, ни другого не вижу.

— Последние события между Украиной и Российской Федерацией многие называют потеплением: обмен пленными, прямые переговоры Зеленского с Путиным. Эта политика кардинально отличается от политики Петра Порошенко. Какие вы видите преимущества и угрозы в этом? Что будет дальше?

— Надо отдавать должное, что Порошенко во внешних отношениях имел одну программу и определенный тип коммуникаций и совсем другую — внутреннюю. Это сильно отличалось и отчасти показывало, насколько он фальшивит. Недоверие к его внешнеполитической риторике и внутриполитической — было очень очевидным. Но так называемого потепления я пока не вижу. Сделаны лишь первые шаги к нормализации, выходу к «холодному» миру. Но перед нами несколько сценариев. Первый — «абхазский» сценарий, когда мы не будем признавать друг друга. Мы просто замораживаем, уменьшаем количество ребят, гибнущих на фронте, в идеале — до нуля, но это и экономическая, и политическая блокада.

Недавно я слушал интервью господина Илларионова (Андрей Илларионов — президент Института экономического анализа, экс-советник президента РФ Владимира Путина — «Апостроф») рекомендация которого — забудьте о Крыме и Донбассе на время, если я правильно понял его идею.

— Что это даст?

— Я тоже не вижу, что это даст. Его идея — мы сможем усиливать собственную республику, сосредоточимся на себе, проведем реформы.

— За это время, по сути, коммуникации с людьми, которые там остались, не было. Одна часть общества не общается с другой, поэтому ментально между нами — пропасть.

— Я не въездной на ту сторону. Но говорить с населением ЛНР и ДНР я мог с украинской стороны, когда они въезжают сюда. И я говорил с этими людьми. Коммуникация с украинским государством у них есть — в виде солдат на пропускных пунктах. И это очень негативное лицо страны. С одной стороны, идея правительства — мы не можем там создавать постоянные нормальные условия для пересечения, все унизительное и плохое. А с другой стороны, люди, которые ежедневно проходят и физически переживают встречу с украинским государством, возвращаются на ту территорию с новым опытом пренебрежения и нелюбви. Это очевидные первые вещи, которые я вижу. Поэтому я не согласен с Илларионовым.

Нам надо работать с этими общинами и в Крыму, и на оккупированных территориях, и поддерживать различные способы. А это значит — или частичная (soft), или полная реинтеграция. Частичная — это то, что молдаване делали последние 10 лет с неподконтрольной территорией в Приднестровье. Это второй сценарий, когда через торговые, социальные связи, через силу и привлекательность евроинтеграции медленно подтягиваешь молодежь, старшее поколение, как наиболее уязвимые группы населения, на свою сторону. Пока это не меняет политическое неприятие друг друга. Но в идентичностях это немного улучшило отношения между приднестровцами и большей частью Молдавии.

И еще один путь — полная реинтеграция. Или по штайнмайерскому плану, или по-другому. Но он предусматривает возвращение через определенные уступки. И вот где та грань компромисса, ради чего мы готовы пойти на реинтеграцию — это вопрос к лидерам. Здесь ни одно решение не будет популярным.

— Сейчас начали активно говорить о «формуле Штайнмайера» и вызвали немало дискуссий в украинском обществе. По вашему мнению, почему такая реакция, и какие угрозы в этой формуле, что общество настолько негативно ее обсуждает?

— Эта формула рациональна и является оскорбительной. Вообще все вопросы суверенитета имеют одинаково и эмоциональную, и рациональную составляющую. Если мы хотим вернуть Донбасс, то, наверное, пока это один из более-менее понятных планов. Хотя некоторые шаги выглядят почти утопично. Сам Штайнмайер уже не является частью переговорного процесса, Порошенко отошел, медленно и Меркель уходит. То есть новые лидеры, вероятно, выйдут на какую-то другую формулу и другой план. Но надо понимать, что эта война является унизительной, бесчестной, и мир после этой войны, скорее всего, будет бесчестным.

— Для нас?

— Для всех. Это неизбежно.

— А что значит «бесчестный мир»?

— Политическая философия возникает как политический вопрос — как сделать мир вечным? И это большой план просветителей, последним из которых был Кант, создать вечный мир. Идея — мировая федерация, когда есть самоуправляемые территории и общества, уважающие права друг друга. Это конституционная демократия, и имеет только милицию, которая внутри охраняет эти страны. И была идея, что эти маленькие республики не будут воевать друг с другом. К сожалению, сам Кант был свидетелем: республики любят воевать между собой, и эта «немирность» еще здесь и сейчас. Уже несколько поколений, долгий процесс осмысления мира показал, что устойчивый мир — лишь тот, который основан на правах человека и в демократическом процессе.

Представьте, с той стороны — авторитарная Россия, с другой — Украина, которая колеблется между автократическими и демократическими тенденциями, и «атаманщина» — на подконтрольных территориях. Как установить устойчивый демократический мир между такими игроками? Фактически почти невозможно. Итак, мы заранее заряжены на недостойный мир. Рационально надо готовиться к такому миру, которым все будут недовольны. Но он все равно лучше, чем бесчестная война.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

01/10/2019 - 01:15

Выступления лидеров, прозвучавшие на Генассамблее, наполнены тем же смыслом, что и на прошлой, и на позапрошлой встрече, ничего принципиально нового я от них не услышал. И даже события, которые обсуждали СМИ, были вторичными: и невыдача Америкой виз делегатам из разных стран, и использование внешнеполитической активности президента США для внутренних межпартийных схваток, и озвученный бедной Гретой экологический апокалипсис – все это в том или ином виде уже было раньше, сейчас мы наблюдали лишь вариации на тему.

Ни Трампу, ни всему американскому истеблишменту не нужно полномасштабное расследование деятельности Джо Байдена

Политика похожа на шахматы, и мы увидели, как разыгрывается красивый внутриамериканский гамбит. И хотя он касается исключительно того, кто будет следующим президентом США, но игра идет на доске, наполовину находящейся на территории совсем другого государства, а именно – Украины. Трамп и его команда решили подкинуть жареный факт своим конкурентам, по сути наживку. Была осуществлена утечка, что якобы в своем разговоре с Владимиром Зеленским Дональд Трамп оказывал давление на украинского президента, и подробности той беседы могут как минимум быть использованы для дискредитации нынешнего главы США, а как максимум – для объявления ему импичмента. Демократы наживку заглотили и начали раскручивать историю, требуя в принципе неслыханного для межпрезидентских отношений – публикации стенограммы частной беседы. Собственно, этого Трамп и добивался. После публикации текста телефонного разговора стало понятно, что президент США ничего предосудительного не говорил, а лишь как борец за все хорошее против всего плохого просто просил коллегу разобраться с возможным нарушением украинского законодательства неким американским гражданином по фамилии Байден, который лишь по стечении обстоятельств является главным потенциальным конкурентом Трампа на будущих президентских выборах. Претенденты от главных партий – демократической и республиканской – еще не выдвинуты, процесс еще в самом начале, и потому снятие с гонки реального кандидата у своих противников может стать очень хорошим результатом проведенной операции. Именно этого и добивались демократы. Представим, что Трамп в телефонном разговоре действительно наговорил на импичмент. Дело до его отставки дошло бы вряд ли, но вопрос: а выдвинут ли его тогда однопартийцы? Скорее всего нет, просто постараются, как принято в американском политикуме, просто дистанцироваться от дискредитировавшей себя фигуры и выдвинут другого претендента. Это в свою очередь повышает шансы на президентский пост у кандидата от демократов. Собственно, команда Трампа сделала то же самое, и раскрутка скандала, который по замыслу должен был ударить по Трампу, ударил по Байдену. Теперь все в Америке знают, что там что-то происходило, как в известном анекдоте: «Ложки мы нашли, но осадочек остался». Ложки и дальше будут искать, но надо понимать, что ни Трампу, ни всему американскому истеблишменту не нужно полномасштабное расследование деятельности Джо Байдена, поскольку при погружении в кровь, грязь и ужас украинской политики могут всплыть весьма неприятные факты – о финансировании майдана и боевиков, о коррупции, о подталкивании Украины к войне с Россией, которые американской администрации обнародовать очень не хотелось бы.

Еще один «феномен» состоявшейся сессии Генассамблеи – приплывшая в Нью-Йорк на яхте шведская девочка Грета Тунберг, обвинившая мировых лидеров в том, что ее лишили детства и будущего, допустив изменения климата. Тут сразу хочется спросить: какова вероятность того, что простая шведская, русская или какая еще девочка, прогуливая школу, вдруг станет героиней местных, а потом и мировых СМИ, получит возможность выступить в европейских парламентах, наехать на Ангелу Меркель, а потом еще получить трибуну в ООН? Вероятность нулевая, если только эта девочка не является определенным проектом неких сил, обладающих солидным бюджетом. Так что удивляться мы не должны, но саму Грету остается лишь пожалеть: она в своих заблуждениях абсолютно искренна и не понимает, что при ее помощи пытаются решать вопросы, не имеющие никакого отношения к защите окружающей среды. Идет некая имитация борьбы, причем не с причиной явления, а с его следствием – климатические изменения, если они и есть, происходят из-за безудержного потребления, которое постоянно навязывается человечеству. Кроме создания спроса на деньги, нет никакого смысла в том, чтобы человек менял раз в год телефон, а раз в три года – автомобиль. Бессмысленно и огромное количество выпускаемой одноразовой посуды, но таковы законы нынешней экономики.

Да и не климатические изменения являются главной опасностью для человечества, не проблемы экологии, а гонка ядерных вооружений, и с появлением гиперзвуковых ракет время на принятие решений сокращается до нескольких секунд… Вот где опасность. Но как все могли заметить, никто из экологов этот вопрос не поднимает.

Николай Стариков,
историк, политолог

01/10/2019 - 01:15

Американская New York Times (NYT) 23 июля прогнозирует: «Мировая система и американское влияние в ней встанут с ног на голову, если Москва и Пекин сблизятся еще больше». Это угроза Вашингтону, заявляет издание, продолжая: «Сейчас Китай и Россия сближаются еще больше, а это говорит о том, что постоянная система их взаимоотношений может создать сложные проблемы для Соединенных Штатов». В долгосрочной перспективе обе страны будут представлять еще более серьезную опасность, подчеркивает NYT.

Причины беспокойства Запада

Озабоченность западных «друзей» можно понять. Сегодня Китай и Россия подняли двусторонние связи до уровня отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия. Это в полной мере подтвердили результаты состоявшегося 5–7 июня государственного визита председателя КНР Си Цзиньпина в Россию и подписанные документы: «Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о развитии отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху» и «Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики об укреплении глобальной стратегической стабильности в современную эпоху». Они еще раз доказали, что китайско-российские отношения переживают лучший период в истории с заделом на будущее. В условиях полной неопределенности и нестабильности нынешней международной обстановки Китай и Россия укрепили всеобъемлющее стратегическое взаимодействие, которое не только придало новый импульс развитию двух стран, но и служит укреплению глобальной стабильности, придает миру дополнительную энергию в этом вопросе.

Китай, который пока не имеет паритета с США по стратегическому ядерному оружию, крайне заинтересован военной мощи Росси

Стороны подтвердили, что будут и впредь придерживаться основополагающих принципов: взаимное уважение, равноправие, взаимодоверие, взаимопомощь, добрососедство и дружба, взаимная поддержка и стратегическое взаимодействие, взаимопонимание и согласие, взаимовыгодное сотрудничество, неприсоединение к блокам, отсутствие конфронтации и направленности против третьих стран.

Владимир Путин и Си Цзиньпин единодушно решили продолжать следовать основной цели Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Китаем и Россией и духу других документов о двусторонних отношениях, всеми силами стремясь к реализации на практике идей взаимопомощи и поддержки, глубокой интеграции ради новаторства, всеобщего блага и совместной выгоды, чтобы развивать всесторонние отношения стратегического взаимодействия и партнерства в новую эпоху. Что касается политического сотрудничества, стороны будут и впредь использовать высокую степень доверия в качестве краеугольного камня.

Национальную безопасность Москва и Пекин понимают как общее дело, поэтому намерены создавать благоприятные условия для собственного стабильного развития и эффективно реагировать на традиционные и новые угрозы и вызовы.

В сфере международного взаимодействия Китай и Россия будут всеми силами защищать мир и стабильность, содействовать уважению к нормам международного права, продвигать демократизацию международных отношений и способствовать развитию мирового порядка в более справедливом и рациональном направлении.

Крепить ВТС

Особое беспокойство коллективного Запада вызывает ВТС России и Китая. Следующие факты и цифры показывают, что наши страны последовательно укрепляют двусторонние связи в этой области.

В начале сентября заместитель председателя Центрального военного совета КНР Чжан Юся и министр обороны России Сергей Шойгу подписали Соглашение о дальнейшем углублении сотрудничества. По информации Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности РФ, договоренности могут касаться обмена технологиями и использования Китаем элементов систем ПВО РФ на Дальнем Востоке, что свидетельствует о высокой степени взаимного доверия.

В Белой книге по обороне, опубликованной Пекином 24 июля, говорится, что сотрудничество с Россией в военной области развивается на высоком уровне и играет значительную роль в поддержании глобальной стратегической стабильности. При этом подчеркивается, что военное сотрудничество не направлено против третьих стран и будет нарастать на суше, в воздухе и на море. Начиная с 2012 года офицеры двух армий провели семь раундов стратегических консультаций. В 2017-м Россия и Китай организовали первые совместные военно-морские маневры в Балтийском море. В 2018-м формирования НОАК приняли участие в стратегических учениях «Восток». В апреле-мае этого года «Военно-морское взаимодействие» проходило в районе Циндао.

Фото: 3mv.ru

Для участия в крупномасштабных российских военных учениях «Центр-2019», состоявшихся 16–21 сентября («Аэромобильное приложение»), Китай направил 3500 военнослужащих, 900 единиц тяжелого вооружения и 30 самолетов Северного объединенного командования НОАК. В ходе розыгрыша основного этапа КШУ российские ракетоносцы Ту-22М3 и китайские бомбардировщики дальней авиации «Хун-6» сбросили более 150 250-килограммовых бомб, поразив скопления автомобильной и бронированной техники условного противника.

23 июля ВВС НОАК и ВВС России провели первое совместное воздушное патрулирование самолетами дальней авиации над акваториями Японского и Восточно-Китайского морей, вызвавшее бурную реакцию военных союзников США на Дальнем Востоке и в других регионах мира. Западные эксперты расценили эти действия не только как обычные совместные учения, а как некую демонстрацию готовности России и Китая к еще большему взаимодействию в военной сфере.

Выступая на форуме по безопасности в американском городе Аспене, командующий Индо-Тихоокеанским командованием ВС США адмирал Дэвидсон заявил: в последнее время наблюдается значительное усиление военного сотрудничества России и Китая, что подтверждается примером состоявшегося в середине июля 2019 года полета российских стратегических бомбардировщиков Ту-95МС вокруг Тайваня. Китай не выразил протеста по этому поводу, хотя делает это по отношению ко всем остальным странам, которые совершают подобные действия. Это обстоятельство, по мнению адмирала, означает, что все было сделано с молчаливого одобрения Китая.

По словам адмирала, Россия на Дальнем Востоке со своими баллистическими ракетами и подводными лодками представляет угрозу для самого существования США, а военное усиление Китая может привести к тому, что в середине следующего десятилетия Соединенные Штаты потеряют свое преимущество. По его мнению, США не хотели бы такого развития событий, чтобы Россия и Китай вместе противостояли международному порядку, предполагающему свободный и открытый Индо-Тихоокеанский регион, а также мировому порядку в целом.

Одно из важнейших направлений в отношениях России и Китая – военно-техническое сотрудничество. Ныне Китай наряду с Индией является одним из ключевых партнеров Российской Федерации в данной сфере. «Сегодня портфель заказов с КНР превышает семь миллиардов долларов. Думаю, что более важной для оценки объемов нашего сотрудничества является устойчивая положительная динамика доли Китая в общем портфеле заказов на российскую продукцию военного назначения, которая начиная с 2013 года выросла с пяти до 14–15 процентов», – сообщил в ходе выставки Airshow China 2018 директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству Дмитрий Шугаев. Китай первым из зарубежных стран получил на вооружение российские ЗРС С-400 «Триумф» и многоцелевые истребители поколения «4++» Су-35, за что поплатился санкциями, объявленными Соединенными Штатами 20 сентября 2018 года.

То есть налицо планомерное поступательное наращивание военного взаимодействия между РФ и КНР. Чтобы не допустить их дальнейшего укрепления, американское издание The Hill призывает приложить все силы для создания конфликта между ними. Такие действия будут выгодны не только США, но и всем западным «демократичным» странам, пишет издание.

Возможен ли военный альянс?

На Западе в последнее время бьют в набат: цель всех вышеуказанных акций Москвы и Пекина выходит за рамки обычного военного сотрудничества и состоит в том, чтобы не только продемонстрировать готовность бросить вызов Соединенным Штатам и их военно-политическим союзникам, но и в конечном счете создать нечто вроде военного союза. Но насколько эти предположения соответствуют реальности?

Если опираться на официальные заявления китайских высших руководителей, они придерживаются внеблоковой политики, исключают военные союзы с кем бы то ни было, выступают против применения силы, за мирное разрешение спорных вопросов. Так, выступая в конце 2014 года перед членами постоянного комитета политбюро ЦК КПК и чиновниками высокого ранга с пространной речью о внешней политике страны, Си Цзиньпин заявил, что КНР не станет вступать в военный блок ни с Россией, ни с кем-либо еще. Это лишь связало бы Пекину руки. Китай будет укреплять влияние в мире, формируя сеть друзей на всех континентах, опираясь на свою «мягкую силу». Лидер КНР подчеркнул необходимость держаться в стороне от военных блоков, иными словами, проводить курс неприсоединения. Блоки не нужны, вместо них Китай будет формировать по всему миру сеть партнерств.

В то же время Китай ничуть не ухудшил отношения с Западом, несмотря на проблемы в области торговли, он продолжает линию на укрепление отношений с США с тем, чтобы обе державы могли сосуществовать в условиях международной стабильности. В упомянутой Белой книге – «Национальная оборона Китая в новую эпоху» Пекин пытается развеять опасения Запада. Подтверждается приоритет отношений с Россией, но в то же время к широкому военному взаимодействию приглашаются США и их союзники.

Словом, КНР исходит из того, что внеблоковая политика для нее оптимальна. Нужно также иметь в виду, что и Москва, и Пекин желают сохранять гибкость во внешней политике, чему в определенной степени будет препятствовать вступление в более тесные военно-политические отношения.

И все же Запад в очередной раз сильно забеспокоился: не выйдут ли Москва и Пекин за привычные рамки военного и военно-технического сотрудничества. Ведь военный союз столь мощных военных держав изменил бы весь стратегический расклад. Беспокойство вызвано не только упомянутыми действиями в военной и военно-технической сферах, но и тем, что две страны по большинству международных проблем имеют одинаковую или схожую позицию, совместно выступают на международных площадках. Российский специалист в области стратегической культуры эксперт Лиги военных дипломатов, член-корреспондент Академии военных наук Александр Бартош отмечает близость многих составляющих стратегической культуры России и Китая, которая проявляется в оборонительном характере военных доктрин, в неприятии гегемонизма в международных делах, в отношении к применению военной силы, а также в направленности патриотического воспитания молодежи в духе самоотверженности и преданности Родине. Эти и некоторые другие факторы создают предпосылки для развития взаимовыгодных отношений двух стран в интересах совместного противостояния угрозам и вызовам современности, укрепления миропорядка. То есть вопрос о военном союзе действительно не выглядит совершенно нереальным.

Однако разговоры о создании официального военно-политического союза преждевременны. Это вполне понятно и разумно. Такие союзы, тем более государств, никому исторически не угрожающих, заключаются лишь в крайнем случае, исходя из оборонительных соображений. Говоря иными словами, действия Пекина и Москвы в этом направлении в решающей степени будут зависеть от политики Запада и его союзников. Если администрация Трампа в своей внешней политике и политике безопасности продолжит курс, направленный против национальных интересов России и КНР, в том числе реализует планы размещения в Европейском и Азиатско-Тихоокеанском регионах ударных ракетных и военно-морских сил, то дальнейшее военное сближение Пекина и Москвы станет неизбежным. Китай, который пока еще не имеет паритета с США по стратегическому ядерному оружию, будет крайне заинтересован в привлечении на свою сторону военной мощи России. Как, впрочем, и Россия будет всячески использовать экономическую мощь соседнего Китая.

Пока рано говорить о том, что уже в ближайшее время Пекин и Москва заключат военный союз и даже примут взаимные обязательства о взаимопомощи в случае военного нападения. Возможно, этого не произойдет вообще, если внешние факторы будут благоприятны.

В заключение можно сказать, что российско-китайские отношения выдержали испытания, связанные с претерпевающей серьезные изменения международной обстановкой. Они день ото дня становятся все более зрелыми, стабилизируются и крепнут, превратившись в отношения между двумя великими державами, которые обладают высочайшей степенью взаимодоверия, наивысшим уровнем взаимодействия и максимальной стратегической ценностью, что не только является ускорителем развития и возрождения двух стран в новую эпоху, но более того, превращается в механизм, который может сбалансировать международный мир и стабильность.

Владимир Винокуров,
профессор Дипломатической академии МИДа РФ, вице-президент Лиги военных дипломатов, доктор исторических наук

01/10/2019 - 01:15

Короткую пограничную войну 1962 года выиграла КНР. После этого в полном соответствии с принципом «враг моего врага – мой друг» главным стратегическим союзником Пекина стал Исламабад, которому сразу потекли китайские ВВТ («Вооруженный против Индии»). Правда, Пакистану это не помогло, он потерпел тяжелое поражение в войне с Индией в декабре 1971 года, в результате чего отложилась восточная часть страны, ставшая Республикой Бангладеш.

В конце 60-х западная граница превратилась для Пекина еще в один фронт противостояния с СССР, вплоть до конфликта у озера Жаланашколь («Как Китай помог Германии захватить советский газовый кран»), впрочем, гораздо менее кровопролитного, чем на острове Даманский.

В 80-е годы КНР стала важнейшим участником антисоветской коалиции в Афганистане. Не менее половины военнослужащих ОКСВ убиты именно китайским оружием («Чем советский Афган отличается от американского»). Естественно, в ту пору еще больше укрепилось сотрудничество Пекина с Исламабадом.

Узкий взгляд на терроризм

С распадом СССР ситуация в регионе заметно изменилась. В КНР полным ходом шли экономические реформы, что позволило быстро приступить к товарной, а заодно и демографической экспансии в страны Центральной Азии. Кроме того, в полном соответствии с национальной традицией всем трем новым пограничным странам Пекин предъявил территориальные претензии. Именно для их урегулирования и была создана Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). Пограничные вопросы в целом были урегулированы (разумеется, в пользу Китая), после чего ШОС успешно превращена КНР в действенный инструмент дальнейшего проникновения в регион («Организация содействия китайской экспансии»).

Коалиция, созданная в Урумчи, завершает окружение Индии с западного направления

В самом Китае в середине 90-х годов возникло Исламское движение Восточного Туркестана (ИДВТ), выступающее за независимость СУАР. Как ни странно, в стратегическом плане это пошло Поднебесной лишь на пользу. В Пекине очень быстро поняли, насколько удобна всемирная тенденция, когда под предлогом борьбы с терроризмом можно подавлять любую оппозицию в стране и проводить интервенции против враждебных государств и организаций за ее пределами.

При этом Китай традиционно находится в прекрасных отношениях со всеми государствами, являющимися настоящими организаторами и спонсорами суннитского исламского радикализма: Пакистаном, Турцией и аравийскими монархиями, особенно с главной из них – Саудовской Аравией. Из-за этого, в частности, Пекин до последнего времени был нейтральным в отношении гражданской войны в Сирии. Дружба со спонсорами терроризма сама по себе сильно снижала уровень террористической угрозы для Китая, делая для него «борьбу с ней» больше политическим лозунгом, чем повседневной практикой.

В практическом плане то, что традиционно понимается под контртеррористической деятельностью, в КНР сводится к противостоянию с ИДВТ. Пекин сочетает силовое подавление исламистов, причем в предельно жестких формах, «китаизацию» СУАР, то есть переселение туда максимально количества ханьцев, и выделение значительных дотаций для этого региона. Масштабы уйгурского терроризма не слишком велики, но Пекину не удается подавить его полностью. Существуют обоснованные предположения: власти крайне нервно относятся к действиям ИДВТ потому, что в них доминирует не исламский экстремизм, а этнический сепаратизм. Исламская составляющая ИДВТ намеренно выставляется напоказ для международной легитимации подавления этой структуры.

Впрочем, сложно понять, насколько она сильна и самостоятельна. Количество боевиков ИДВТ, видимо, не достигает и 500 человек. Очевидно, что реальной угрозы отрыва СУАР от КНР движение не создает (хотя бы из-за малочисленности уйгуров по сравнению с ханьцами), зато дает Пекину прекрасный предлог для активизации действий на своем западе.

Дорога к Памиру и Гиндукушу

В ХХI веке значимость собственного запада, а также примыкающих Центральной и Южной Азии для Пекина резко возросла. КНР все более зависит от поставок сырья из Африки, с Ближнего Востока и из ЦА. С другой стороны, именно в западной части Китая начинается главный геополитический, а сейчас уже по сути идеологический проект Пекина «Новый Шелковый путь», затем переименованный в «Один пояс – один путь» (ОПОП). Важнейшей его частью стал Пакистан.

Глубоководный порт Гвадар построен при содействии КНР и с февраля 2013 года находится в ведении китайской управляющей компании. Власти пакистанской провинции Белуджистан подписали соглашение с Пекином о предоставлении 9,23 квадратного километра территории для создания экономической зоны в прибрежном районе. Исламабад в свою очередь обязался привлечь от 10 до 25 тысяч мужчин для обеспечения безопасности порта и экономической зоны. Ведется строительство транспортного коридора из Гвадара через всю страну на северо-восток до границы с КНР. Эта трасса должна стать важнейшей составляющей ОПОП, поскольку позволяет кратно сократить сроки доставки грузов (включая энергоносители) с Ближнего Востока и из Африки и встречные перевозки китайских товаров.

Здесь не только чисто экономическая выгода, но и повышение устойчивости внешних коммуникаций, идущих в КНР при обострении международной обстановки и перекрытии ВМС США Малаккского пролива и Южно-Китайского моря. Кроме того, Гвадар становится важнейшей базой ВМС НОАК. В нем возможно базирование одновременно четырех ПЛ и восьми надводных кораблей любого класса. По-видимому, в ближайшее время произойдет официальное оформление Гвадара как второй зарубежной базы НОАК (первая уже создана в Джибути).

Кабальная задолженность

В результате этого военно-гражданского строительства внешние долги Пакистана выросли настолько, что Исламабад утратил способность по ним платить и обратился за срочной помощью к МВФ. Большая часть займов приходится, естественно, на Китай, который даже важнейшему ближайшему стратегическому союзнику ничего прощать не собирается, лишь еще больше его закабаляет. Таков стиль Пекина, исключений не бывает никогда и ни для кого.

Долговая зависимость Киргизии от Китая становится мощным внутриполитическим фактором

Отложившаяся от Пакистана Бангладеш предоставила крупнейший порт Читтангонг для базирования и снабжения кораблей и судов ВМС НОАК. На Шри-Ланке китайцы построили порт Хамбантота, при этом оплатить строительство Шри-Ланка не смогла и отдала порт и 15 тысяч акров (60,7 квадратного километра) земли вокруг него кредитору на 99 лет (теперь он используется КНР как в коммерческих, так и в военных целях).

Китай активно скупает Мальдивы, строит там объекты инфраструктуры, вытесняя таким образом с островов Индию.

Очень похожая ситуация складывается в Центральной Азии – страны этого региона уже сейчас в долгах как в шелках у Пекина и вынуждены расплачиваться недрами, предприятиями, а в отдельных случаях, видимо, и территориями.

Так, Китай вложил силы и деньги в строительство газопровода из Туркмении в СУАР. Ашхабад платит добытым топливом, которое течет в Китай по этой трубе. То есть по сути Туркмения не получила от проекта ничего. Отчасти вследствие этого богатейшая углеводородами страна оказалась в тяжелом экономическом кризисе, который продолжает углубляться и быстро переходит в социальный. Союз с Пекином вместо ожидаемого процветания привел Туркменистан к разорению. Именно поэтому Ашхабад стремится продать хотя бы толику добычи российскому «Газпрому».

В Таджикистане китайские компании в оплату за строительство ТЭЦ и автодорог получили право на разработку нескольких месторождений золота, причем условия для китайцев оказались гораздо выгоднее, чем если бы стороны подписали равноправный коммерческий контракт. Общая сумма долга Таджикистана КНР приближается к полутора миллиардам долларов – огромная сумма для слабой экономики, ВВП страны оценивается примерно в 28 миллиардов долларов. Имеются сведения о том, что Душанбе уже расплачивался с Китаем и территорией, причем речь идет не менее чем о тысяче квадратных километров. При этом все экономические проекты, реализованные в Таджикистане и оплаченные Китаем, исполняются компаниями из КНР с привлечением своей рабочей силы.

Чрезвычайно велика экономическая, в том числе долговая зависимость от Китая у Киргизии, и она уже становится мощным внутриполитическим фактором.

Вполне естественно, что экономическое влияние Пекина в регионе перерастает в военно-политическое.

Союз против Индии

В начале августа 2016 года КНР, Таджикистан, Пакистан и Афганистан заявили о создании коалиции для усиления борьбы с терроризмом и укрепления стабильности в регионе. Решение было принято по итогам совещания начальников штабов ВС четырех государств в столице СУАР – Урумчи. Предполагается создание четырехстороннего механизма для обмена разведданными и совместной подготовки кадров с целью борьбы с терроризмом. С тех пор ежегодно проводится как минимум одно совещание начальников генштабов четырех стран. Также регулярно проходят совместные учения армий и погранвойск, в том числе и китайско-таджикские.

Соглашение вполне может стать первым шагом к созданию полноценного военного блока. При этом более чем очевидно, что безусловным лидером в нем будет КНР, чей экономический, демографический и военный потенциалы на порядки превосходят вес остальных.

Пребывание Пакистана в одной коалиции с Китаем представляется абсолютно естественным. Гораздо примечательнее участие в ней Афганистана, который с 2001 года считается однозначно проамериканским и официально входит в число основных клиентов США вне НАТО, и Таджикистана. Душанбе однозначно относят к пророссийским клиентам, он входит в ОДКБ и является потенциальным кандидатом на вступление в Евразийский союз. Необходимо отметить, что члены ОДКБ не должны входить в какие-либо другие военные альянсы. Кабул и Исламабад до сих пор в очень плохих, порой откровенно враждебных отношениях, Вашингтону так и не удалось их примирить. По-видимому, у Пекина это получится гораздо лучше, китайцам удалось усадить Афганистан и Пакистан за один стол.

Процесс создания новой унии под китайским руководством наносит сильнейший удар по позициям Индии, которая и так уже давно находится в стратегическом окружении Китая и его союзников. Дели возлагал большие надежды на союз с Кабулом, что должно было обеспечить прорыв окружения и в свою очередь стратегическую блокаду Пакистана, основного противника. Кроме того, индийцы давно пытались установить максимально тесные отношения с Душанбе, речь шла даже о создании в Таджикистане базы их ВВС.

Коалиция, созданная в Урумчи, полностью разрушает эти планы и делает окружение Индии с западного направления полным. К тому же обмен развединформацией в альянсе (по крайней мере между Китаем и Пакистаном) заведомо будет направлен против не только исламистов, но и Индии.

Если созданный в Урумчи союз перерастет в полноценный военный блок, это станет новым шагом во внешней политике Пекина, поскольку до сих пор ни в каких объединениях такого рода он не участвовал принципиально (ШОС военным блоком не является, причем благодаря именно китайским усилиям). Впрочем, вполне логично, что КНР станет членом военной организации, созданной по инициативе властей Поднебесной и под их руководством, другие варианты для Пекина неприемлемы.

Создание подобного союза нанесло бы сильнейший удар по позициям России и Индии в регионе, но никак не затронуло бы интересы США. Принципиальным шагом станет размещение китайских военных контингентов за пределами страны не под эгидой ООН. Очевидно, что он будет сделан именно в границах обсуждаемой четырехсторонней коалиции (скорее всего под предлогом борьбы с терроризмом, в реальности же для охраны ОПОП). Это означает фактическое превращение Китая в мировую державу с глобальными геополитическими амбициями. По-видимому, шаг уже сделан, и контингент НОАК развернут в Таджикистане. Официально об этом не заявляли ни Пекин, ни Душанбе, но свидетельств достаточно.

Александр Храмчихин,
заместитель директора Института политического и военного анализа

01/10/2019 - 01:15

При этом известные территориальные приращения после 1945 года, чему поляки обязаны лично генералиссимусу Сталину, вернули исторические польские земли.

Ввиду абсолютной послевоенной разрухи в конце 40-х – середине 60-х годов СССР был доминирующим финансовым донором и торговым партнером ПНР. И оставался им вплоть до конца 80-х включительно. В пересчете на текущие цены и курс валют совокупная финансовая и общеэкономическая поддержка советской стороной Польши в ее послевоенных границах составляет более чем 600 миллиардов долларов.

Поначалу Народную Польшу считали в Москве незыблемым форпостом просоветского социализма. Неспроста именно в польской столице в 1955-м страны социалистического лагеря учредили военный блок Варшавского договора. Альянс этот, кстати говоря, здесь же в 1991 году и распустили…

По данным ООН, ПНР к концу 70-х годов ХХ века входила в тридцатку наиболее экономически развитых и социально обеспеченных стран мира. Достигнутые темпы промышленного роста и товарного экспорта были в Европе одними из высоких. С помощью Москвы создано свыше 800 предприятий и объектов промышленности, энергетики, транспорта, более половины из них и поныне работают с полной загрузкой, страна уже в 50-х покрылась густой транспортной сетью. В частности, располагала развитой инфраструктурой морских портов и выходящих на СССР и ГДР речных магистралей. Польский морской и особенно речной флот в общемировой табели о рангах входил в лидирующую двадцатку.

С помощью Москвы создано свыше 800 предприятий и объектов промышленности, более половины и поныне работают с полной загрузкой

Но после внезапной кончины в Москве в марте 1956 года первого президента Польской Народной Республики Болеслава Берута, строившего польский социализм по советским лекалам, варшавский политикум вспомнил о гоноре своих довоенных предшественников. Ставилась задача превзойти по уровню жизни и в целом социального обеспечения все остальные соцстраны и успешно конкурировать с Западом. Решение этой задачи, что называется, любой ценой воплощалось на практике. Но для ее реализации были нужны весомые средства.

При этом Запад поощрял такую политику, умело пользуясь и тем, что просталинский социализм Берута вызвал летом-сенью 1956-го политические эксцессы во многих польских городах. Более того, СССР начал тогда же ввод войск в Польшу, но контингенты вскоре отозвали по требованию польского руководства. Прежде всего потому, что поляки начали создавать военные группы для борьбы с советскими частями, а власти на это не обращали внимания. И в итоге настояли также на уходе с поста Минобороны Польши (1950–1956) маршала Константина Рокоссовского.

Масла в огонь подлили и известные венгерские события, когда была предпринята попытка госпереворота, которую пришлось гасить советским войскам. Причем по ряду данных, в той замятне участвовали и около двухсот польских добровольцев.

С того времени сначала скрытая, затем все более явная русо- и особенно советофобия достаточно широко распространялась в польском обществе. Фобии эти умело подогревали вещающие на ПНР западные радиостанции. Зарубежные радиоголоса без устали напоминали о событиях 17 сентября 1939 года как о советской оккупации воссозданной в 1918-м Речи Посполитой.

Кроме того, с 1957-го Запад выделял Польше немалые кредиты: к концу 70-х годов долг Варшавы превысил 20 миллиардов долларов. Хотя советское руководство отговаривало руководство ПНР от ведения такой финансовой политики, и в 1964-м первый секретарь ЦК КПСС Никита рущев незадолго до отставки отказал главе ПОРП Владиславу Гомулке («За поддержку операции «Дунай» – орден Ленина») в просьбе помочь Польше выплатить эти долги. Ту же позицию обозначило и сменившее «дорогого Никиту Сергеевича» руководство СССР.

В 1974 году Леонид Брежнев предупреждал первого секретаря ЦК ПОРП Эдварда Герека: «Эдуард, прекрати брать новые западные кредиты, это приведет к коллапсу страны, который угрожает и Югославии, где Тито проводит ту же линию». Но Герек не внял.

Что характерно, в Польше с 1965 года до середины 90-х полулегально существовала просталинская «Коммунистическая партия Польши», ориентирующаяся на Китай и Албанию. Возглавлял ее соратник Берута, глава аппарата польского Совмина в 1951–1956 годах, участник обороны Варшавы и цитадели Модлин в 1939 году Казимеж Мияль. Он со товарищи тоже предрекали ПНР коллапс из-за внешних долгов, потакания великопольскому национализму и заигрыванию властей с антисоветскими кругами, среди которых была основная часть епископов польской католической церкви, и поныне обладающей весомым общественно-политическим влиянием в стране.

Характерно, что вопреки советам из Москвы эта партия не подвергалась жестким репрессиям. Зато она оказалась, подчеркнем, более жизнеспособной, чем правящая ПОРП, самораспустившаяся в 1990-м.

По данным известного российского полониста Александра Елисеева, Польша при Гомулке отказалась от «просоветской» коллективизации: там был огромный частный сектор, в рамках которого 14 миллионов из 20 миллионов гектаров общеземельного фонда находилось в распоряжении единоличных хозяйств.

Аграрный госсектор ПНР наладил к концу 60-х масштабный выпуск и экспорт широкого ассортимента продукции: кто не помнит поступавшую в СССР знаменитую замороженную овощную и фруктовую продукцию «Хортекса»? Как отмечал эксперт, единоличники диктовали ценовую и товарную политику в государстве, ужесточая ее по мере разрастания социально-экономического кризиса во второй половине 70-х годов, что объяснялось растущими платежами Варшавы по внешним долгам. И тогда же в ряде местных, а вскоре и в республиканских СМИ зазвучало недовольство тем, что СССР не помогает Польше рассчитаться с долгами.

Власти по нарастающей субсидировали частный агросектор. Если на производство продуктов питания в 1975 году выделялся 51 миллиард злотых, то через пять лет ассигновали уже 170 миллиардов. Но польская казна в конце 70-х не справлялась с этим ростом.

В других сегментах экономики вместо партийно-директивного единоначалия с середины 60-х вводилось рабочее самоуправление, внедренное в Югославии еще в начале 50-х годов. Местные же органы ПОРП постепенно выводились с промышленных и других объектов, и это тоже вело к эрозии социалистических устоев страны.

Критической точки ситуация достигла в 1980 году, что побудило власти ПНР ввести военное положение. Но дальнейшее ухудшение социально-экономической ситуации наряду с растущими антисоветскими-антисоциалистическими настроениями и эксцессами привело польский социализм к краху. А советская перестройка не могла не ускорить конвертацию ПНР в форпост антироссийской политики Запада. Исполняя эту роль, постсоциалистическая Польша оказалась наименее кризисной страной в Восточной Европе. Ибо страны Запада оперативно оказали полякам мощную экономическую помощь. Включая, например, режим максимального благоприятствования экспорту любых польских товаров, сохраняющийся и поныне.

Потому вклад Польши с 1992 года в «общезападную» антисоветскую и антироссийскую истерию весьма весом.

Алексей Балиев,
политолог

30/09/2019 - 14:15

Денежные средства, которые получают студенты и аспиранты от своих образовательных учреждений, освобождаются от НДФЛ.

Как пишет «РГ», соответствующие поправки внесены в Налоговой кодекс РФ. Они вступят в силу с 1 января 2020 года. Такой закон  подписал Президент России Владимир Путин.

Согласно внесённым поправкам, материальная помощь, которую образовательные учреждения выплачивают своим студентам и ассистентам-стажерам организации, ведущим образовательную деятельность по основным профессиональным программам​​​, в пределах четырех тысяч рублей в год не будет облагаться НДФЛ.

Ранее, как писал РБК, в число освобождённых от налога  также вошли граждане, пострадавшие в результате стихийных бедствий, терактов и других чрезвычайных ситуаций. Послабление коснулось и их семей.

Также от НДФЛ освободили доходы тех россиян, которые сдавали в аренду свое жилье пострадавшим при терактах, ЧС и стихийных бедствиях. С условием если оплата производилась в пределах сумм, полученных ими для аренды из госбюджета.

30/09/2019 - 14:15

Как только США начнут самовольно разрушать имеющийся миропорядок, Россия вновь возвысится.

Из-за глобального потепления начинает «просыпаться» Сибирь, добывать многие природные ресурсы становится проще, оттаивает Северный Ледовитый океан, совсем скоро будут открыты водные пути через Северный полюс…

Перемены, происходящие в России, влияют на весь мир. Эта страна не обладает достаточной силой, чтобы помериться ей со странами, которые ее превосходят, но все же способна поддерживать с ними динамическое равновесие.

Можно смело сказать, что все изменения в российско-американских политических играх зависят от позиции, занимаемой российской стороной.

Сегодня мощь США распространяется на всех их союзников и намного превосходит совокупные силы России и Китая, поэтому Америка в состоянии в одиночку противостоять сразу двум странам.

И все же США постепенно слабеют, а остальные страны мира делают все для собственного развития. Аппетиты развитых стран растут, они хотят получать все больше ресурсов, но военная мощь США неуклонно сокращается.

Поэтому при мыслях о будущем Россия сжимает в руках винтовку и сохраняет бдительность, ведь ей нельзя пасть, не дождавшись счастья и нового подъема.

Хотя Россия никак не может оправиться от распада СССР, бесспорно, что страна встала на путь восстановления. И все же полного возрождения не произойдет, России никогда не вернуть былое величие Советского Союза. Даже Путин признает, что глупо думать о возрождении СССР.

Некоторым хватает того факта, что ВВП России меньше ВВП провинции Гуандун, ее промышленность разрушена, а экономика уступает южнокорейской. Но кто будет смотреть на ВВП во время войны?

В военное время в первую очередь ценится уровень военной и сталелитейной промышленности, объемы добычи нефти, газа и полезных ископаемых. Пусть российская промышленность и развалена, в стране исправно функционируют те отрасли, которые понадобятся в случае войны.

Здесь не помогут ни богатство, как у старых европейских стран или Японии, ни большой ВВП, ни деньги. Если Россия станет грабителем, то под лохмотьями она спрячет нож, при помощи которого сможет с легкостью совершить «выгодный обмен».

Из истории мы видим, что земледельцы всегда страдают от набегов кочевников. Так происходит, потому что они беспокоятся о своей прибыли, домашней утвари и землях, а кочевники боятся только за лошадь и нож.

Столкнувшись с разбойником, даже самая богатая страна не сможет ответить отказом на его требования.

Если мечи в ножнах, а лошади спокойно пасутся, — значит опасность не за горами.

Недаром наши предки говорили: надейся на лучшее, но готовься к худшему.

России нужно оставаться сильной и сохранять лидерство в нефтегазовой отрасли, добыче ресурсов, военной промышленности, сельском хозяйстве и космической сфере. Тогда ей удастся остаться независимой на международной арене. Наибольшую выгоду Россия получит, если во главе страны и дальше будет стоять такой же лидер, как Путин.

Предыдущий подъем России осуществился из-под сталинского кнута, страна показала такую боеспособность только потому, что ей управлял деспот. Этот народ привык почитать своих героических лидеров как само собой разумеющееся.

Когда к власти пришел Ельцин, ситуация в России серьезно ухудшалась на протяжении десяти лет, но накануне полного краха российскому народу несказанно повезло: Ельцин собрал всю свою мудрость и избрал преемником Путина.

Путин прекрасно понимал природу россиян, а благодаря работе в КГБ очень хорошо справлялся с любыми задачами. Он применял разнообразные методы, действовал профессионально, сбивая с толку отечественных и зарубежных политиков.

За первое десятилетие XXI века международные цены на базовые товары и умение Путина управлять государством помогли ему навести порядок и наладить ситуацию в стране. В последнее время дела немного ухудшились, но все же они идут намного лучше, чем в 2000 году.

Современные российские военная промышленность, армия и сфера добычи ресурсов в основном находятся в ведении путинского государственного аппарата. Если начнутся широкомасштабные боевые действия, российская армия сможет исполнить волю Путина за считанные часы.

Таким образом остается неясно, в какую сторону Россия изменит мир через несколько десятилетий.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

30/09/2019 - 05:15

Рим. «Между Варшавой и Римом очень хорошие отношения», — говорит Анна Мария Андерс (Anna Maria Anders), новый посол Польши в Риме, которая во вторник, 24 сентября, представила свое назначение президенту республики Серджо Маттарелле (Sergio Mattarella). Однако дипломат, дочь генерала Владислава Андерса (Wladyslaw Anders), национального героя, возглавлявшего 2-й армейский корпус в битве при Монте-Кассино, открывшей путь к освобождению Рима, понимает, что в некоторых вопросах между Польшей и Италией существуют, по меньшей мере, расхождения во взглядах, — к этой изысканной формуле прибегают, чтобы сгладить острые углы несогласия. И действительно, бывший сенатор и заместитель госсекретаря уточняет: «Выборы в Польше состоятся 13 октября», а «новое итальянское правительство остается большим вопросительным знаком, посмотрим, что будет через полгода».

— Госпожа посол, в понедельник, 23 сентября, Италия подписала в Мальте соглашение с другими странами о распределении мигрантов. Ваша страна продолжает дистанцироваться от идеи квот. Вы не считаете, что в подобных условиях трудно выстроить диалог?

— ЕС настаивает на распределении, но мы не откажемся от нашей точки зрения. Варшава уже делает очень много. В Польше проживают два миллиона украинцев, из которых многие являются беженцами с территорий военных действий. Они хорошо интегрируются, у нас с ними много общего в области языка, традиций, культуры. Польша — не очень богатая страна, но она помогает людям, разделяющим наше прошлое и традиции.

— Расхождения между вашим и итальянским правительством очевидны и в вопросе отношений с путинской Россией. Ни одна страна в Европе с таким рвением, как вы, не занимает и не отстаивает жесткой линии поведения в отношении России. Вы не видите никаких точек соприкосновения с Путиным?

— Сама история свидетельствует, что отношения с Россией всегда были напряженными. Но и в недавнем прошлом, начиная с кризиса в Грузии и до Украины и аннексии Крыма уже всем должно было стать понятно, что это масштабная и сложная проблема. ЕС не един в этом вопросе.

— Какие меры ему следовало бы предпринять? Отказаться от диалога?

— Нет, дипломатический диалог необходим, но политические решения не должны быть продиктованы вопросом, на чьей ты стороне — Америки или России. Поэтому мы говорим с Москвой, но не забываем о прошлом.

И не забывая о вопросе безопасности…

— В Польше находятся пять тысяч американских солдат, они служат защитой, гарантией безопасности. США являются нашим самым важным союзником. Мой отец, хорошо знавший русских, говорил, что им нельзя доверять. Американские военные являются нашим полисом безопасности.

— Вы сказали, что в ЕС нет единой позиции по российскому вопросу и по вопросу мигрантов, если говорить о двух наиболее важных темах. Это исключительно проблема руководства или упрямства стран-членов ЕС, не желающих уступать ни доли суверенитета?

— Каждое государство должно сохранять суверенитет и свои традиции, а Европарламент хочет создать единые стандарты поведения и норм. Тем не менее, мы можем работать сообща, сохраняя при этом свои корни и свою культурную самобытность.

— Вы боитесь, что политика квот на мигрантов может размыть вашу самобытность?

— В Польше христианство является фактором, сплочающим государство. И это нужно уважать. На протяжении почти 50 лет мы были лишены возможности вывешивать свои флаги, открыто провозглашать наши лозунги, исполнять наш гимн. И вот сейчас у нас есть на это право, за что нас хотят сбросить со счетов исключительно как националистов лишь за то, что мы с гордостью пробуждаем нашу самобытность и наши знамена. Точно так же нельзя клеймить Польшу расистским государством лишь потому, что она не хочет принимать мигрантов из далеких от нас в культурном и в религиозном отношении стран.

— Польская экономика постоянно растет, ваша страна занимает седьмое место среди стран ЕС, рост уже много лет колеблется вокруг показателя в 4%, а с 1989 года ваш ВВП на душу населения вырос в восемь раз. Последний шаг — это переход на евро. Он произойдет?

— Произойдет, рано или поздно. Однако наша экономика еще не столь сильна и стабильна, чтобы перейти на единую валюту. Это вызвало бы слишком большой рост цен. И потом 51% населения выступает против.

— На какие сектора Вы делаете ставку, чтобы укрепить отношения между Италией и Польшей?

— Италия является нашим третьим важнейшим экономическим партнером в Европе и пятым партнером на мировом уровне. Существует тысяча индустрий, инвестирующих в Польшу. Я бы хотела создать импульс развития и партнерство в сфере обороны. Наглядным примером является партнерство между «Леонардо» (Leonardo) и авиационном заводом «Свидник» (PZL Swidnik). Думаю, мы сможем работать над созданием нового танка. Однако я очень рассчитываю и на культуру, на распространение знаний в области истории. Сколько молодых людей знают о роли, которую 2-й корпус польской армии сыграл в освобождении Италии от нацизма-фашизма? Поэтому важно транслировать знание прошлого, того самого, о котором мы в течение 50 лет не могли говорить у себя на родине, именно это станет отличительной особенностью моей роли в качестве посла здесь, в Италии.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

29/09/2019 - 21:15

Россия пользуется безвластием, связанным со стремлением Америки вывести войска с Ближнего Востока. Когда на посту президента был Барак Обама, он начал проводить политику «разворота» в сторону от этого региона, а президент Дональд Трамп продолжает эту политику. В результате Россия становится доминирующей военно-политической силой в регионе.

В награду за решительную военную поддержку Асада Россия получила военные объекты в Сирии — военно-морской комплекс в Тартусе и авиабазу Хмеймим — которые имеют решающее значение для материально-технического обеспечения и позволяют ей продемонстрировать свою мощь Ближнему Востоку, Балканам и более западным районам Средиземноморья. В случае конфликта Россия сможет применить против Соединенных Штатов стратегию ограничения и воспрещения доступа и маневра.

В Сирии российские военные оказали решающее влияние на гражданскую войну, а заодно испытали и продемонстрировали комплексы вооружений, показав всем дерзость, поражающую способность, маневренность и радиус действия русского оружия. Во время атак разные виды российских высокоточных боеприпасов прошли первую проверку боем.

Россия использует Сирию еще и в качестве полигона для испытаний своего электронного военного потенциала. В апреле 2018 года начальник командования специальных операций США дал следующий комментарий: «Сейчас в Сирии мы действуем в самых агрессивных условиях радиоэлектронной борьбы на планете». Наши противники, добавил он, «ежедневно подвергают нас испытаниям, отключая наши каналы строя, выводя из строя наши [вертолеты] EC-130, и так далее».

Россия атаковала цели сирийских повстанцев с Каспийского моря и Восточного Средиземноморья, запуская крылатые ракеты с подводных лодок типа «Палтус» и надводных кораблей. Она нанесла удар по сирийской Ракке с подводной лодки в Средиземном море. Она отправила сражаться за режим Асада военный контингент, сформированный частными подрядчиками, — сообщениях прессы их называют «русскими наемниками» или «зелеными человечками». Российский пилотируемый самолет бомбил Сирию с базы в Иране. Летом 2018 года, чтобы поддержать атаку Асада на последний оплот мятежников Сирии, Россия развернула значительные военно-морские силы, в том числе авианосец класса «Адмирала Кузнецова», в Средиземном море.

Посредством морских операций Россия расширила спектр своего военного влияния. Российское присутствие задает новые «правила игры» на всем Ближнем Востоке, ограничивая свободу действий США и Израиля.

Договоренности России о размещении баз в Леванте (общее название стран восточной части Средиземного моря — Сирия, Ливан, Израиль, Иордания, Египет, Турция и др., — прим. ред.) позволят ей устанавливать, ремонтировать и эксплуатировать автономные подводные системы. У нее уже есть передовые средства наблюдения, разведки и боевая техника для разрушения подводных кабелей связи. Ее средиземноморские подводные лодки, базирующиеся в Сирии, могут не только запускать крылатые ракеты по наземным целям, но и угрожать подводной инфраструктуре.

В декабре 2017 года начальник генштаба Британии предупредил: «Появились новые риски для нашего привычного образа жизни — уязвимость кабелей, которые пересекают морское дно. Представьте себе вариант развития событий, при котором эти кабели будут перерезаны или повреждены — а это может немедленно и, возможно, катастрофическим образом, повлиять как на наши средства массовой информации, так и на экономику — ведь у России есть множество причин для вмешательства в Восточное Средиземноморье: помочь давним союзникам сирийского режима, поддержать его новые союзы с Турцией и Ираном, или же, напротив, получить рычаги воздействия на Соединенные Штаты. Однако один из ее главных интересов — рост мировых цен на энергоносители. Как это было много десятилетий подряд, российская экономика сейчас в основном строится на экспорте нефти и газа. Само существование России и ее президента Владимира Путина зависят от высоких цен на энергоносители. Удивительно, что о политике России на Ближнем Востоке и о ее внешней политике написано множество статей, в которых это обстоятельство не упоминается».

Чтобы понять, что делает Россия в регионе Восточного Средиземноморья, главное — признать, что она хочет иметь возможность влиять на решения Саудовской Аравии и других важных стран-производителей связанные с энергетикой. Это помогает объяснить, почему неверно полагать, что Россия разделяет заинтересованность США в стабильности Ближнего Востока. Наоборот, Россия часто активно содействует дестабилизации именно потому, что она способствует росту цен на энергоносители.

Россия также заинтересована в продаже оружия. Поскольку деловым интересам России уделяется слишком мало внимания, на них следует сделать упор, хотя политика России определяется не только подобными соображениями.

Когда Россия помогала спасти режим Асада, она заботилась об успехе иранских инвестиций в поддержку Асада и фактически присоединилась к «шиитской оси» иранского режима, сирийскому режиму и Хезболле. Это позволило ей получить рычаги давления как на саму «ось», так и на противников этой оси: Турцию, Саудовскую Аравию и другие суннитские государства, а также Израиль.

Россия занимает стратегическую позицию в усиливающемся противостоянии Израиля с Ираном в Сирии. Израиль использовал в Сирии самолеты, чтобы удержать иранские войска вдали от израильской границы. Однако военная мощь России преобладает в Сирии, поэтому Израилю необходимо с ней сотрудничать или, по крайней мере, заручиться ее согласием, чтобы вести кампанию по запугиванию Ирана.

Соответственно, на всех уровнях, начиная с главы правительства, Израиль поддерживает тесную связь с Россией по вопросам Сирии. Россия не занимается активным сдерживанием Ирана, но и не предотвращает удары Израиля по иранским силам в Сирии. Россия, похоже, хочет избежать конфронтации между собственными силами и Израилем. Израильские и российские военные командиры договорились о том, чтобы их операции не противоречили друг другу. Россия совершенствует противовоздушную оборону Сирии. Она поставила в страну зенитно-ракетную систему ПВО С-300 и обучает сирийцев ее применению. Между тем личный состав, по-видимому, укомплектован российскими солдатами. С-300 может представлять угрозу для израильских самолетов, а если ее модернизировать до более дальнобойной С-400, опасность возрастет. Путин сказал, что хочет, чтобы все иностранные войска покинули Сирию. Похоже, это относится к иранским и турецким, но не российским войскам.

Официальные лица США обеспокоены ростом военной мощи России в Восточном Средиземноморье, хотя Трамп пока не требует, чтобы Россия вывела свои силы из Сирии. Если бы Россию удалось заставить покинуть Сирию сейчас, когда ИГИЛ (запрещенная в России организация — прим. ред.) в основном уничтожено, это было бы в интересах США.

Некоторые представители властей США, хотя и не публично, предложили, чтобы такое давление на Россию оказал Израиль. Они подразумевают, что Израиль должен меньше внимания уделять сотрудничеству с Россией в Сирии, а больше тому, чтобы российским силам было труднее там закрепиться.

Критика в этом направлении не входит в политический курс США, но способна внести раздор в американо-израильские отношения. Каждая из стран только выиграла бы, если бы более четко понимала, в чем заключаются стратегические проблемы другой страны.

Израильские официальные лица говорят, что они не в том положении, чтобы воспринимать Россию как врага. Крупный спор с Россией создаст Израилю трудности, или вовсе не позволит нанести удар по иранским силам в Сирии — а это основной интерес Израиля на этой территории, интерес, который разделяют Соединенные Штаты (независимо от того, говорили ли они об этом публично). Израильтяне не хотят, чтобы Россия защищала иранские силы в Сирии. Они не хотят, чтобы израильские силы вступили в конфликт с российскими, и не хотят, чтобы Россия развернула свои самые передовые средства противовоздушной обороны в Сирии.

Во время холодной войны, когда Израиль сотрудничал с США в прямой оппозиции Советскому Союзу и подконтрольным ему государствам, стратегическая обстановка была иной. Ближний Восток тогда, в отличие от наших дней, имел для США первостепенную важность. Соединенные Штаты сохраняли там мощный военный потенциал, доминировали в Средиземном море и активно работали над сдерживанием советского влияния.

После холодной войны, и особенно после окончания президентского срока Джорджа Буша-младшего, политика США в отношении данного региона изменилась. Синонимами американской стратегии стали «ось» и «отвод войск». Трамп разделяет стремление своего предшественника уйти с Ближнего Востока и свести американское участие в Сирии к минимуму. Соединенные Штаты не планируют восстанавливать свою военную мощь эпохи холодной войны в Средиземном море. Официальные лица США не требуют, чтобы Россия вывела свои силы из Сирии. В этих обстоятельствах было бы маловероятно ожидать, что Израиль так поступит.

Однако было бы ошибкой не признать, что многие официальные лица США всерьез и не без оснований обеспокоены поведением России. У России есть свои причины на то, чтобы предоставить Израилю свободу действий против Ирана в Сирии, но это не должно заставить кого-либо обманываться по самой сути агрессивных, вызывающих опасения действий президента Путина.

Недостатка в примерах нет. К ним относятся и захват Россией территорий Грузии и Украины, и дерзкие убийства критиков Путина — журналистов и политиков — совершенные в стране и за рубежом. Россия организует кибер-операции против Соединенных Штатов и делает все возможное, чтобы повлиять на выборы в США. Путин вложил значительные средства в модернизацию стратегических и тактических ядерных сил России. Его правительство производит ядерные ракеты, запрещенные Договором о ядерных ракетах средней и малой дальности, поэтому в августе 2019 года правительство США вышло из договора.

Россия также проводит испытания ядерного оружия, нарушая свое обещание придерживаться всеобъемлющего запрета ядерных испытаний. Российские военные самолеты «совершают облет» — то есть, провоцируют с близкого расстояния — американские корабли и самолеты. Такая тактика была обычным делом во время холодной войны, и обе стороны договорились принять официальные меры, направленные на снижение риска подобного поведения. Россия объявила, что успешно провела испытания гиперзвукового оружия, способного прорвать действующую противоракетную оборону США. Российские военно-морские силы вошли на Украину, чтобы захватить Крымский полуостров, и заблокировали Азовское море.

Стратегические альянсы не остаются в силе сами собой. Сторонникам альянса нужно предпринимать осознанные усилия, чтобы сохранить доверие между партнерами на официальном уровне, а в демократических странах — чтобы сохранить поддержку большинства населения. Если же принимать все как должное, такая ошибка может оказаться непоправимой. Если значение альянса не обосновывать, не подтверждать и не реализовывать снова и снова на протяжении многих лет, он утратит поддержку правительства или населения в целом. Должности все время занимают новые чиновники и законодатели, которые не знают, какие доказательства взаимной ценности альянса получены в прошлом. Высокопоставленные чиновники — давние ветераны тесного сотрудничества союзников — часто предполагают, что предпосылки создания альянса настолько хорошо и широко известны, что о них и говорить нечего. Однако это опасная ошибка. Если его принципы и преимущества не будут постоянно пересматриваться и прославляться, альянс может оказаться уязвимым для нападок внутри страны, а союзников будут порицать за стремление к собственной выгоде, слабость или неблагонадежность.

Один высокопоставленный американский государственный деятель как-то сравнил поддержание стратегических взаимоотношений с борьбой с сорняками в саду — нужно постоянное внимание, чтобы не дать раздражителям одержать верх. Высокая ценность американо-израильского оборонного партнерства для обеих сторон вполне оправдывает усилия по уходу за садом.

Дуглас Дж. Фейт (Douglas J. Feith) — старший научный сотрудник Института Хадсона (Hudson Institute), занимал должность заместителя министра обороны США по вопросам политики.

Адмирал Шауль Чорев (Shaul Chorev), руководитель Исследовательского центра морской политики и стратегии в Университете Хайфы (University of Haifa), занимал должность заместителя начальника ВМС Израиля и главы Комиссии по атомной энергии Израиля.

Данный материал представляет собой обработку отрывка из недавнего доклада по морской безопасности Консорциума Университета Хайфы и Института Гудзона (Hudson Institute) по Восточному Средиземноморью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Page 10 of 1054

DISCLAIMER

Website administration WORLDAGRESSOR.COM does not assume any responsibility for the placed by Users of the Website links, photos, images, files, materials, comments, feedback and any other information. The site administration does not guarantee the accuracy of reviews added by the visitors. Not responsible in case of placement of inaccurate or incorrect information and shall be exempt from compensation of any damages due to these actions. All comments and feedback are laid out in that volume, the form and content as it was provided by Users of the Website. The Administration does not contradict the Russian legislation. Website user is solely responsible for all posted and published materials.