ENG | RUS | ESP | DE | FR
Worldaggressor.comWorldaggressor.com
joomla templates

Регистрация

*
*
*
*
*
*

Fields marked with an asterisk (*) are required.


Login the account in the social network.

Login the account in the worldaggressor.com
You are not permitted to view this content.
You are not permitted to view this content.
Login/Registration Login or Registration

Политика

19/11/2019 - 11:15

Есть два сценария: осторожный и идеальный

В преддверии нормандской встречи министр иностранных дел Украины Вадим Пристайко заявил о двух возможных сценариях переговоров: осторожном и идеальном. Осторожный подход зафиксирован в коротком коммюнике. Он предусматривает создание подгрупп по политической, экономической и гуманитарной безопасности, которые будут работать в рамках Минского процесса. «Если все четыре лидера придут к тому, что надо заканчивать с войной и есть три-четыре шага, которые надо сделать — это будет идеальный сценарий. Но сейчас наши ожидания основаны на минимально возможном варианте», — добавил дипломат.

По словам Пристайко, не стоит ожидать, что европейские лидеры объединятся на саммите против России. «За все это время мы не слышали от немцев и французов, что они играют в нашей команде против России. Это невозможно, потому что Россия с самого начала скажет: мы вчетвером собрались за столом, а вы нам говорите, что на самом деле тут трое против одного. Это неэффективный путь ведения переговоров, и официальные стороны никогда такое не подтверждали. Они для того и сидят за столом, чтобы сбалансировать эти переговоры», — сказал дипломат.

РФ пытается усадить Украину за стол переговоров с боевиками

Вместе с тем, российская сторона старается максимально понизить уровень диалога с нормандского формата до прямых переговоров между Украиной и подконтрольными РФ боевиками. По словам российского дипломата, постоянного представителя России при ОБСЕ Александра Лукашевича, попытки Киева переместить основные дискуссии по ключевым аспектам в нормандский формат «вызывают возмущение».

По этой причине, украинская сторона опасается «саботажа» Россией нормандского формата. Предвидя эту возможность, глава украинского МИД заявил о готовности ужесточить риторику на предстоящем саммите. «У нас есть папка с вариантом номер два, на тот случай, если вариант номер один не сработает. В ней написано, что если Минский процесс не реализуется, надо иметь другое направление действий. Я уже много раз говорил, что это может быть операция по поддержанию мира»,- сказал Пристайко.

По его словам, лидеры государств давно уже обсуждают возможность изменений, которые предусматривают возможность миссии по поддержанию мира. Министр иностранных дел Украины заявил, что на случай провала организации миротворческой операции дипломатическая система имеет еще несколько вариантов действий, с которыми уже ознакомлен президент. В чем они состоят, Пристайко не сообщил.

Международная временная администрация — альтернатива «Минску»

В свою очередь, эксперты довольно давно приступили к поиску альтернатив Минскому процессу. Так, по мнению сотрудников Международного центра перспективных исследований, эффективным инструментом мирного урегулирования в Донбассе может стать введение переходной Международной временной администрации (МВА).

«В мировой практике МВА является формой легитимного обеспечения управления в течение переходного периода на территории, где не действуют официальные государственные структуры. ООН неоднократно применяла МВА в различных ситуациях, которые возникали в результате деколонизации (Западный Иран, Намибия), распада государств (бывшая Югославия), внутреннего конфликта (Камбоджа) или иностранной оккупации (Восточный Тимор)», — отмечают эксперты МЦПИ.

По их мнению, МВА в Донбассе может заниматься целым рядом вопросов, в частности: разведением сторон и разоружением; формированием временных полицейских сил и судебной системы, обеспечением гражданских прав и свобод; социальной защитой и восстановлением экономики.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

19/11/2019 - 08:15

Почти европейцы

Интересное сравнение сделал отечественный военный историк-медиевист Клим Жуков: есть нечто общее в судьбах средневековых России и Испании. Обе расположены на периферии Европы (Испания как метрополия, без учета владений, некогда включавших территорию современного Бенилюкса) и обе воспринимались соседями как своего рода Мордор. В подтверждение Жуков приводит отношение на Западе к Филиппу II и Ивану Грозному: оба изображаются как безжалостные тираны и явно проигрывают, скажем, Елизавете I и Карлу IX.

Да, проигрывают. Французский и английский монархи были несравненно более жестоки. Но оставались своими для соотечественников. А еще Николай Данилевский заметил, что европейцы крайне нечувствительны к чужой боли, собственной жестокости и примитивизации, а то и демонизации неевропейских правителей и народов (Чингисхан «ужасен», Ричард Львиное Сердце «благороден», европейские колонизаторы несли «бремя белого человека», а монголы, если вспомнить Гегеля, в своем нашествии представляли что-то вроде грязевого потока).

Не стоит забывать, что Грозный к тому же еще и публично каялся, подтверждая совершенные им злодеяния: «разумом растленен, скотен умом». В результате победителю Казанского и Астраханского ханств не нашлось места на памятнике, посвященном тысячелетию Руси, что представляет собой несусветную глупость, учитывая грандиозную роль первого самодержца в российской истории.

Испанская терция по праву считалась лучшей пехотой в мире

Но вернемся к испанцам. Они в глазах англосаксов вроде европейцы, как и мы, но не совсем. В общем, с предвзятым отношением к ним сталкивались и сталкиваются наши сограждане уже со школьной скамьи (а авторы учебников по Всемирной истории у нас ставят во главу в первую очередь прошлое Западной Европы). И не только в связи с Филиппом II. Еще, думаю, многие герцога Альбу вспомнят, ставшего благодаря учебникам воплощением «жестокости» и «кровожадности». Нет, добряком он не был, но таковых среди политиков и полководцев что Средневековья, что Нового времени вообще не найти, как ни старайся. Но его враги – голландцы – предстают исключительно в героическом ореоле, и в учебниках совсем не пишут об их не меньшей жестокости, причем, по отношению друг ко другу. Ибо как только война с испанцами затихала, голландцы начинали проливать кровь политических оппонентов, а уж попавших в их руки врагов – и подавно, достаточно вспомнить чудовищную даже по меркам Нового времени казнь Бальтазара Жерара, убившего Вильгельма Оранского.

Но все это дело прошлого. Испанская империя, над которой никогда не заходило солнце, уже к исходу XVII века фактически утратила статус ведущей мировой державы. Отчасти поворотной точкой стала битва при Рокруа в 1643-м, хотя экономические причины, разумеется, сыграли определяющую роль в закате метрополии, в XIX столетии лишившейся почти всех колоний.

В XX веке Испания напомнила о себе предварившей Вторую мировую гражданской войной и диктатурой генералиссимуса Франсиско Франко. Здесь вновь напрашивается параллель с нашей историей, ибо мятеж фалангистов стал одной из причин репрессий против высшего комсостава РККА в 1936–1939 годах, вполне возможно готовившего поражение страны в грядущей войне и уж точно по уровню знаний в большей части представителей (в лице Тухачевского, Якира, Уборевича, Примакова, Блюхера, Дыбенко) несоответствовавшего занимаемым высоким командным и административным должностям.

Теперь о взаимоотношениях Испании с Североатлантическим альянсом и характере ее роли в данной организации. Как известно, Мадрид вступил в НАТО сравнительно поздно – в 1982 году, став 16-м членом. Хотя вопрос рассматривался и раньше, чуть ли не с первых дней существования блока. Инициатором присоединения Испании к альянсу выступили США вследствие выгодного стратегического положения Пиренейского полуострова, равно как и возможности определенного давления на строптивого Шарля де Голля («Последний из паладинов»).

Понятно, что Париж был против время от времени звучавшего из Вашингтона предложения. Не радовало оно и Лондон: а ну как, опираясь на поддержку США, Мадрид предъявит претензии на Гибралтар (опасения были обоснованны). Это как с требованием Японии передать ей острова Курильской гряды. Ведь по сути за спиной Токио на них претендует Вашингтон – в высшей степени наивно думать, что там поселятся трудолюбивые японцы, отнюдь, стратегические острова незамедлительно перейдут под контроль американских оккупационных властей. Так и здесь – вернись Гибралтар под эгиду испанцев, он тут же стал бы военно-морской базой США. Подчеркну: речь о периоде, когда Великобритания, несмотря на потерю Индии, еще представляла собой обширную колониальную империю и не в полной мере следовала в фарватере внешней политики заокеанской сверхдержавы, свидетельством чему, например, совместная с Францией и Израилем агрессия против Египта – операция «Мушкетер», провал которой из-за вмешательства СССР заставил Лондон усомниться в гарантированной поддержке его авантюр со стороны Белого дома и приступить к созданию собственного ядерного оружия.

Существовала еще одна причина – сами испанцы. Времена реконкисты и конкистадоров были далеко в прошлом, равно как и слава помянутых выше блестящих военных побед на полях Европы в Средневековье и Новое время, когда испанская терция по праву считалась лучшей пехотой в мире. Нынешние жители Пиренеев миролюбивы и отдают себе отчет в том, что их страна расположена на периферии важнейших геополитических событий.

Мадрид в поиске места

Как известно, настроения и интересы основной части населения и правящих кругов не всегда совпадают. В Испании же больше того – в 1981-м не совпали интересы политиков и военных. Я имею в виду попытку неудавшегося переворота, возглавленного подполковником Антонио Техеро и подавленного благодаря вмешательству короля Хуана Карлоса I. Замечу также, что американцы шаг за шагом укрепляли свои позиции на Пиренеях, создав там три военно-воздушные базы: в расположенном неподалеку от Мадрида Торрехоне, в Сарагосе и вблизи Севильи.

Инициатором присоединения Испании к НАТО стал Леопольдо Кальво-Сотело, возглавлявший правительство (неудивительно, что после отставки он стал членом Европарламента). В стране этот шаг восприняли неоднозначно. Достаточно сказать, что строптивая Каталония выступила против интеграции Испании в альянс. И тем не менее вопрос был решен, однако довольно быстро политическую элиту страны, равно как и общество в целом, постигло разочарование.

Испанцы отказались экстрадировать в США экс-главу военной разведки Венесуэлы

Камнем преткновения стал все тот же Гибралтар, ибо Мадрид рассчитывал, что интеграция в НАТО упростит переход британской колонии под юрисдикцию Испании. Кроме того, Брюссель не гарантировал новому члену защиту подконтрольных ему африканских Сеуты и Мелильи («Коррида террора»). А это весьма актуально на современном этапе в связи с событиями в развалившейся Ливии и ростом фундаменталистских настроений в мусульманском мире. Хотя формально альянс предоставил Испании статус наблюдателя в группе ядерного планирования (понятно, что страна без ЯО существенной роли не может играть в принципе) и специальной консультативной группе.

В середине 80-х годов, когда в СССР начались реформы и опасность третьей мировой стала менее очевидной (ранее после размещения американских «Першингов» в Европе она резко возросла, памятен и повод – чудовищная провокация с южнокорейскими «Боингом», устроенная американцами в сахалинском небе – «Обреченный рейс»), сохранявший в те годы независимость в отношении военной организации блока Мадрид попытался трансформировать свой статус не столько в НАТО, сколько в Европе в целом, присоединившись к оси Париж – Бонн, нацеленной на более тесную интеграцию стран Запада.

Инициатором, напомню, в свое время выступил все тот же де Голль, представлявший собой убежденного противника гегемонии США на просторах Старого Света и выдвинувший, точнее, поддержавший идею Карла Хаусхофера («Самурай из Третьего рейха») о Европе «от Лиссабона до Владивостока». Этот подход разделял западногерманский канцлер Конрад Аденауэр. Однако реализация проекта натолкнулась на непреодолимые в то время препятствия, в числе которых ограниченный суверенитет оккупированной американцами Федеративной Республики.

Отчасти те же причины помешали воплотить данную идею в жизнь в середине 80-х годов. Ибо Франсуа Миттеран при всех его неоспоримых достоинствах не был политиком масштаба де Голля. Наконец, мечтая о единой Европе, Париж одновременно опасался более экономически развитой Германии. Вообще данный проект чем-то напоминает некогда выдвинутую Евгением Примаковым идею по созданию стратегического треугольника: Россия, Китай, Индия. Понятно, что на исходе прошлого тысячелетия ее реализация нивелировала бы отстаиваемую США и сформулированную Збигневом Бжезинским концепцию по созданию однополярного мира. Однако слишком много препятствий возникало на пути воплощения в жизнь выдвинутого Евгением Максимовичем предложения.

Но кто знает, быть может, некогда сформулированная де Голлем идея будет реанимирована в наступившем столетии, в том числе с участием Испании? Во всяком случае в последних заявлениях про «смерть мозга» НАТО и свое видение путей развития России Эммануэль Макрон намекает на это довольно откровенно и столь же явно тяготится статусом вассала США.

Тень от Геркулесовых столбов

Не все гладко внутри самого альянса, о чем свидетельствует формат отношений между его членами – в Сирии, например, американцы легко и непринужденно бросили на произвол судьбы французский спецназ, оставив его без снабжения. По этому поводу многие испереживались: как же так можно с союзниками? Но это у СССР были союзники – по Варшавскому договору. А у США – вассалы, чего с ними считаться. Причем если уж бросили французов, то что говорить о поляках, румынах, болгарах и примкнувших к ним грузинах. Да и испанцам, хотя их контингент не обслуживает кровью своих солдат интересы Соединенных Штатов в Сирии, есть о чем задуматься.

Некоторые члены альянса порой взбрыкивают – Турция например. Вашингтону приходится ставить ее на место, обращаясь к языку санкций. Однако ожидаемого Белым домом результата это не приносит: Реджеп Эрдоган нашел надежного партнера в лице противника НАТО – Москвы. И хороший пример под боком – Иран, не просто научившийся жить под санкциями, но и добившийся за время их действия впечатляющих научно-технических успехов («Указующий перс»).

Нужно также учитывать претензию Турции на наследие Османской империи, господствующий в ее идеологии пантюркизм и совершенно неевропейский менталитет граждан все более исламизирующейся страны. Те же вздохи и ахи в Брюсселе и Вашингтоне по поводу приобретения турками С-400 попросту смешны, ибо Анкара в последнее десятилетие неизменно декларирует независимый характер внешней политики, основные направления которой расходятся с интересами альянса.

Кстати, Турция тоже расположена на периферии Европы и воспринимается на Западе как своего рода Мордор, и именно Испания в отличие от Германии и Франции выступает за включение этой страны в состав Евросоюза. Причина может заключаться в следующем: ЕС, особенно после Брексита, поддерживает претензии Мадрида на Гибралтар. Вероятно, испанцы рассчитывают, что турки займут ту же позицию и требования к Лондону вернуть Геркулесовы столбы станут еще более весомы.

На фоне происходящих в Сирии событий непростые, мягко говоря, взаимоотношения Великобритании и Испании из-за того же Гибралтара остаются несколько в тени. Но именно английская колония на Пиренеях представляет собой наряду с Балканами горячую точку Европы. И дело там порой доходит не только до дипломатических конфликтов, но и до стрельбы. Так, в 2016 году испанский патрульный катер попытался воспрепятствовать заходу в Гибралтар американской атомной подводной лодки «Флорида» с крылатыми ракетами на борту. В результате катер британской береговой охраны открыл предупредительный огонь.

А ведь после Второй мировой Лондону казалось, что тема Гибралтара закрыта навсегда. Тем не менее посещение колонии Елизаветой II в связи с празднованием 250-летнего юбилея захвата Геркулесовых столбов Великобританией вызвало жесткую реакцию со стороны Франко. Но то, казалось бы, дела минувших дней. Тем более что формально обе страны после присоединения на исходе 90-х Испании к военной организации блока являются близкими союзниками. Однако в 2012 году испанская королевская чета демонстративно отказалась ехать в Лондон на торжества по случаю бриллиантового юбилея царствования Елизаветы II. Камнем преткновения вновь стал Гибралтар (вопрос прав на рыболовство).

Вернемся в 90-е. После бескровной победы в холодной войне в НАТО был поднят вопрос о реформировании его военной структуры. И здесь Мадрид проявил заметное неравнодушие, включившись в обсуждение проектов преобразований, став наконец членом военной организации альянса. Больше того, экс-министр иностранных дел Испании Хавьер Солана занял пост генерального секретаря альянса (и по существу не Слободан Милошевич и его генералы, а именно Солана – военный преступник, повинный в агрессии НАТО против суверенного государства и гибели мирных граждан).

Одновременно волей руководства страны Испания вошла в число сателлитов США, осуществлявших варварские бомбардировки Югославии. При этом свыше 80 процентов подданных Хуана Карлоса I не поддерживали возросшую активность своего правительства в альянсе, особенно после агрессии США и их приспешников против Ирака. Тем не менее Испания ввела свой контингент в междуречье Тигра и Евфрата. И поплатилась за это.

Эхо чужой войны

11 марта 2004 года в Мадриде был совершен самый мощный за всю историю Испании теракт. Судя по всему, он стал прямым следствием участия страны в агрессии против суверенного государства и должен рассматриваться в контексте хантигтоновского конфликта цивилизаций (попытка все свалить на басков оказалась несостоятельной). В результате Испания, где вскоре после трагедии к власти пришли социалисты, ранее планировавшая увеличить контингент в Ираке с 900 военнослужащих до 1500, вывела его полностью, причем, по словам премьер-министра страны Хосе Луиса Родригеса Сапатеро, сделать это было необходимо «как можно быстрее».

Увы, в 1999-м «как можно быстрее» прекратить убийство с высоты 20 тысяч метров женщин, стариков и детей в Югославии, никакой агрессии по отношению к Испании никогда не проявлявшей, Мадрид не требовал. Собственно, после теракта одной из причин вывода войск стало восстание против захватчиков на юге Ирака, возглавленное шиитским лидером Муктадой аль Садром, сформировавшим «Армию Махди», весьма успешно действовавшую против оккупантов и взявшую под контроль Неджеф, именно в окрестностях этого города располагался испанский гарнизон, в числе первых атакованный махдистами. Потери испанцев в иракских песках согласно официальным данным составили 11 человек.

Таким образом, участие в американской агрессии обернулось для Мадрида трагедией. Другое дело, что за совершенно разумное решение (у Испании и Ирака не было никаких территориальных претензий друг к другу, равно как и иных неразрешимых противоречий, требующих военного вмешательства Мадрида в дела ближневосточного государства) министр иностранных дел только-только сформированного к тому времени социалистического правительства Мигель Анхель Моратинос вынужден был поспешить в Вашингтон, дабы оправдаться.

Примечательна реакция Белого дома на свершившееся событие: сожаление и обеспокоенность оттого, что могут возникнуть проблемы с привлечением новых сателлитов для контроля над оккупированной страной и отстаивания американских интересов на Ближнем Востоке. Добавлю, что в 2015 году Мадрид вывел свой контингент из Афганистана, где испанские потери превысили сто человек. Чудовищная цифра для мирной страны, не имеющей геополитических интересов на Ближнем Востоке и в Центральной Азии.

Однако на современном этапе Испания увеличивает оборонный бюджет, притом что, как отмечают эксперты, пару лет назад расходы на образование и здравоохранение снизились до рекордного минимума. Ее войска не участвуют в агрессии США и их сателлитов против Сирии, вывели контингенты из других стран. Спрашивается: для чего увеличивать военные расходы? Дело в претензиях Трампа к 23 из 28 стран – членов НАТО, не справляющихся, как выразился американский президент, со своими обязанностями. Мадрид, как видим, делом доказывает, что это не так.

Тем не менее отношения двух стран трудно назвать безоблачными. Камнем преткновения стала Венесуэла: Белый дом обвинил Мадрид в том, что Мадуро и его сторонники хранят деньги в Банке Испании, и даже пригрозил санкциями. Кроме того, испанцы отказались экстрадировать в США экс-главу военной разведки Венесуэлы Уго Карвахаля.

Да и в Евросоюзе у Испании проблем хватает. Как отметил в одной из статей эксперт Александр Орлов: «По меткому выражению Фелипе Гонсалеса, Испания становится незаметной в машинном зале Евросоюза, то есть иными словами – фактически устраняется от твердого и последовательного отстаивания своих интересов в процессе выработки принимаемых Евросоюзом решений, ограничиваясь ролью заурядного исполнителя чужой воли».

Разумеется, подобная роль далеко не всех устраивает в испанском политическом истеблишменте, представители которого вполне могут изменить курс страны, перенаправив его в сторону большей независимости от США и Евросоюза (в отношении последнего, если говорить точнее, Мадрид может добиваться возвращения статуса полностью равноправного партнера). Но что из этого выйдет – покажет время. Во всяком случае Испания еще не утратила возможности выбора.

Игорь Ходаков,
кандидат исторических наук

19/11/2019 - 08:15

Формула «одна страна – две системы», примененная Пекином для Гонконга и Макао, сама по себе обоснованна. Однако существование «второй системы» в какой-то мере превращает оба города в троянских коней внутри КНР.

Великобритания, утратив большую часть своего былого геополитического могущества, все же сохраняет возможность влиять на население бывшей колонии. Кроме того, часть этого влияния делегирована Лондоном Вашингтону, который видит возможность инициировать внутренний подрыв Китая именно через Гонконг. В итоге, хотя город-государство уже 22 года числится в составе КНР, там выросло целое поколение людей, которые на ментально-психологическом уровне не считают себя гражданами Поднебесной. Более того, по крайней мере часть этой генерации хочет не только официального отделения Гонконга от КНР, но готова прямо способствовать развалу и уничтожению Китая.

Продолжение темы – «Ближневосточная дуэль Вашингтона и Пекина».

19/11/2019 - 08:15

Пекин заключил соглашения о партнерстве с 15 странами Ближнего Востока. Но отношения с некоторыми государствами заслуживают особого внимания, например с Саудовской Аравией. Королевство – ведущий торговый партнер Китая в Западной Азии, Пекин в свою очередь – крупнейший контрагент Эр-Рияда в мире.

И это не единичный случай. КНР также крупнейший торговый партнер ОАЭ. Более 200 тысяч граждан Поднебесной проживают в ОАЭ, а порт Дубай для китайских товаров стал жизненно важным глобальным транспортно-логистическим центром. Более того, власти Эмиратов и КСА заявили о намерении включить китайский язык в национальные образовательные программы. Примечательно, что оба государства (но также и другие страны Ближнего Востока) не только воздерживались критиковать КНР за то, что в Синьцзяне будто бы преследуют уйгурское население, но даже защищали Пекин.

На протяжении последнего десятилетия, когда страхи по поводу безопасности эксплуатации морских путей усилились, Красное море, Суэцкий канал и пролив Баб-аль-Мандеб стали объектом повышенного внимания Китая. Упрочение влияния внутри географических «бутылочных горлышек» мировой торговли и поставок нефти и газа (и вокруг них) стало ключевым фактором внешней политики КНР в Западной Евразии.

 В Китае отвергают любые намеки на его стремление к военному доминированию на Ближнем Востоке

Неудивительно, что в инвестиционную повестку Поднебесной входит Египет. Пекин уже вложил в АРЕ миллиарды долларов, помогает строить новую административную столицу в пустыне за пределами Каира, порт на Красном море и промышленную зону в Айн-Сухне. С 2014 года Абдул-Фаттах ас-Сиси совершил как минимум шесть поездок в Пекин. Для сравнения: в США – всего две. А ведь Штаты – традиционный партнер Египта в сфере безопасности.

Запад чувствительно реагирует на крепнущие связи между ближневосточными государствами и Китаем. Эволюция международной позиции США привела к тому, что Вашингтон отказался от некоторых обязательств и части ответственности в Евразии. Это привело к тому, что малые страны пересмотрели отношения с Вашингтоном и стали задумываться над налаживанием контактов с восходящим Китаем.

Его еще один интересный ближневосточный партнер – Иран. Тегеран, чтобы уравновесить давление со стороны США, хочет установить отношения с мировыми державами. Расширяющееся партнерство ИРИ и РФ соответствует этой парадигме, равно как и сближение с Китаем. Может статься, что Исламская республика станет для Поднебесной страной гораздо более важной, чем другие государства Ближнего Востока. Изоляция Тегерана на Западе в ближайшие годы, вероятно, сохранится, что подтолкнет к более тесному сотрудничеству с КНР. Стратегическое положение Ирана и его людские ресурсы, а также намерение служить для соседних государств цивилизационным центром притяжения могут отвлечь американские военные и экономические возможности от Южно-Китайского моря, что будет работать в пользу Пекина.

Иранские войска или их союзники действуют по всему Ближнему Востоку, военно-морской флот ИРИ оперирует в Персидском заливе и Ормузском проливе. Все это ослабляет мощь США на евразийском континенте. Кроме того, Тегеран может позволить китайской инициативе «Один пояс – один путь» проникнуть в этот регион и по суше и по морю (через Каспий и Персидский залив).

В Китае публично отвергают любые намеки на его стремление к военному доминированию на Ближнем Востоке. Пекин понимает, что ему по-прежнему не хватает знаний, сети контактов и необходимых полномочий (сравнимых с авторитетом Запада) для провозглашения своих геополитических целей в этом проблемном регионе. Несмотря на это, на Западе часто считают, что Поднебесная, само собой разумеется, фактически стремится к господству в Евразии. В конце концов, зачем же еще какой-нибудь стране тратить миллиарды и размещать сотни солдат на Ближнем Востоке или где-либо еще на евразийском материке?

В КНР развернуты дебаты о том, могут ли экономические интересы Пекина на Ближнем востоке вынудить страну стать более активным игроком в сфере региональной безопасности и ВТС. Есть надежда, что этого можно избежать, однако выбор делать придется.

После инцидентов с нефтяными танкерами в Персидском заливе Пекин объявил о намерении участвовать в антипиратских инициативах. В связи с тем что США уменьшают присутствие в Евразии, Китаю придется заполнить геополитический вакуум.

Конкретные шаги уже сделаны – Пекин открыл базу в Джибути, установил военные объекты на границе с Афганистаном и в Таджикистане.

По мере того как КНР укрепляет позиции в регионе, ей нужны партнеры для управления межгосударственными конфликтами. Вероятным выбором является Россия, но эта страна так же, как Турция и Иран, не будет особенно заинтересована делиться своими позициями, полученными в результате войны в Сирии и в противостоянии против американцев.

Можно утверждать, что Пекин станет и впредь вести себя крайне осторожно, чтобы не слишком втягиваться в дела региона. На взгляд КНР, РФ и США могут сохранить свои доли ответственности за безопасность в регионе. Для Пекина важна многополярность, и он будет усердно следовать этому принципу.

Но со временем КНР на Ближнем Востоке будет все труднее оставаться над схваткой. Придется быстрее реагировать на вызовы, возникающие перед бизнесом.

Это неизбежно приведет к большей нестабильности в отношениях Вашингтона и Пекина. Высокопоставленные персоны в США уже предупреждали об усилиях Китая по наращиванию влияния в Ближневосточном регионе, что может подорвать сотрудничество между американцами и традиционными арабскими союзниками в области обороны. Таким образом, Ближний Восток превращается в еще одну арену конкуренции между США и Китаем.

 

Справка «ВПК»

Эмиль Авдалиани – эксперт по международным отношениям, преподает историю и международные отношения в Тбилисском государственном университете и Государственном университете Ильи (Грузия). Работал на различные международные консалтинговые компании, пишет статьи о развитии событий в военной и политической сферах на постсоветском пространстве.

 

Прогноз Центра BESA № 1339, 10 ноября 2019 года.

Источник: https://besacenter.org/perspectives-papers/china-player-middle-east/

 

Эмиль Авдалиани,
политолог (Грузия)

Перевод Сергея Духанова,
специально для «ВПК»

19/11/2019 - 08:15

Эта территория, отторгнутая Чили в конце XIX века, изобилует запасами руд цветных металлов, редкоземельного сырья, а особенно натриевой селитры (до семи миллиардов тонн), благодаря чему Сантьяго держит первое место по ее добыче и экспорту. Примерно за месяц до отставки Моралеса Международный суд ООН в очередной раз отклонил в присутствии боливийского президента обращение насчет обсуждения этого вопроса с Чили. Но несмотря на то, что фиаско было не первым, Моралес заявил: «Его страна не отступит, продолжит усилия по восстановлению прав на отторгнутый регион».

В Вашингтоне полагали, что при Моралесе Боливия сможет отвоевать у Чили столь значимый регион

Его территория – 23 тысячи квадратных километров, отметим, чуть меньше Крыма. Регион был захвачен у Боливии в ходе агрессии 1879–1884 годов. Войну организовала Великобритания, под чьим влиянием Чили находилась до 1910-х. А селитрой английские фирмы распоряжались и позднее, затем их вытеснил американский бизнес. Сегодня по соглашениям с компаниями США почти вся добыча идет в Штаты.

По чилийско-боливийскому договору 1904 года Ла-Пас получил 300 тысяч британских фунтов и беспошлинные внешнеторговые перевозки через Антофагасту. В период президентства Сальвадора Альенде (1970–1973) возможность такого транзита была распространена на остальные три экс-боливийские порта, но затем грузопоток фактически заблокировали повышенные расценки на услуги по перевалке. По оценкам экспертов, ежегодные расходы страны по этим статьям превышают 25 миллионов долларов, что для нее весьма существенно.

В Вашингтоне с учетом нынешней ситуации в Чили наверняка полагали, что при Моралесе Боливия сможет вернуть столь значимый регион. Тем более что прокитайско-сталинистская Боливийская партия (марксистская), достаточно влиятельная в стране, в последние годы не единожды призывала к «маршу освобождения». Теперь за селитру можно не беспокоиться.

Чилийский фактор осложнил положение Моралеса еще и тем, что Москва и ЕАЭС вскоре подпишут с Сантьяго соглашение о зоне свободной торговли, переговоры об этом ведутся с 2015 года. А с Ла-Пасом подобные отношения даже не планировались.

Леонид Артемов

19/11/2019 - 05:15

В ходе идущих сейчас слушаний по делу об импичменте президента Дональда Трампа ряд американских дипломатов дали показания о влиянии олигархов на администрацию Трампа.

Как специалист по международному праву, работающий на советском и постсоветском пространстве с начала 1990-х годов, я считаю важным в связи с этими слушаниями и в связи со значением, которое приобрела на них украинская политика, разобраться с тем, кто такие олигархи и какой властью они обладают.

История олигархов

Термин «олигархия» создал Аристотель более 23 веков назад, рассуждая о формах государственного правления.

Как и аристократия, олигархия означала правление немногих, в отличие от демократии, то есть правления народа. Со времен Аристотеля до начала 1990-х годов слова «олигархия» и «олигарх» встречались в основном в научной литературе.

Однако с распадом Советского Союза на первый план вышли новые фигуры. В начале 1990-х годов эти люди ели роскошные обеды в лучших отелях и строили под Москвой огромные дома. В основном это были молодые игроки из финансового сектора, снабжавшие деньгами первого президента постсоветской России Бориса Ельцина.

Официально олигархи не входили в структуру власти. Они были частными лицами, использовавшими связи во власти, чтобы приобрести огромные богатства за краткое время.

Свои богатства они приобрели благодаря приватизации государственных предприятий, которая была разработана и поддержана американскими и западноевропейскими экспертами.

Олигархи в наши дни

Я исследовал роль организованной преступности в России в начале 1990-х годов и наблюдал своими глазами переход собственности от государства к небольшой группе частных лиц, связанных с российскими властями.

Захватив ключевые отрасли промышленности — от нефти и газа до стали, никеля и других базовых отраслей, — российские олигархи взяли под контроль все аспекты повседневной жизни. Со временем они распространяли свое влияние и на другие области, такие как спорт и масс-медиа. Однако в основе богатства олигархов лежал контроль над промышленностью, и своей властью они пользовались открыто и безнаказанно.

За последние 20 лет количество олигархов выросло, но основа их власти остается прежней: отношения с президентом, ведущие к личной финансовой выгоде.

«Олигархи — это те, кто использует свою близость к власти, для того чтобы получать сверхдоходы», — заявил в этом году в своем интервью «Файнэншл таймс» российский президент Владимир Путин.

Фактически Путин предложил альтернативное современное определение олигарха, И, как и Ельцин, Путин несет ответственность за взлет — а иногда и за падения — современных российских олигархов.

Импичмент и Украина

Однако олигархи существуют не только в России. Именно поэтому в последние месяцы мы так часто слышим это слово.

Украинские президентские выборы весны 2019 года, которые привели к ошеломительному взлету Владимира Зеленского, превратившегося из актера в политика, были референдумом об украинских олигархах не в меньшей степени, чем борьбой между двумя кандидатами на президентский пост.

Я был на Украине в этом году во время первого тура президентских выборов, и все украинцы, с которыми я общался, говорили о Зеленском одно и то же. Никто о нем толком ничего не знал — и не считал это важным. Важно было то, что, по мнению моих собеседников, его контролировал Игорь Коломойский, положению которого угрожал президент Петр Порошенко, пытавшийся переизбраться на второй срок.

С точки зрения украинцев, Коломойскому был нужен кандидат, способный победить Порошенко. И в лице Зеленского он нашел такого человека. До того как неожиданно пойти в политику и избраться в президенты, Зеленский был не просто актером. Он был актером с телеканала, принадлежащего Коломойскому.

Таким образом, когда мы слышим об олигархах в украинской политике, важно помнить, что, хотя эти сверхбогачи не обладают — вразрез с концепциями Аристотеля — официальной властью, они в большой мере контролируют экономику, политику и масс-медиа в стране.

Джоэл Х. Сэмюэлс — профессор права и директор Центра верховенства закона Университета Южной Каролины.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

18/11/2019 - 19:15

Тбилиси — Более 20 оппозиционных партий сегодня провели в центре Тбилиси масштабную протестную акцию в ответ на провал конституционной реформы. Они объявили о начале «полного пикетирования парламента» и заблокировали все три входа в здание законодательного органа.

«Это мусор, который мы нашли у парламента. Этот мусор надо принести [генеральному секретарю «Грузинской мечты» Кахе] Каладзе. Когда он так уверенно показывает средний палец, пусть придаст ему направление и этот мусор вывезут из города… Это принесли сюда для того, чтобы показать, в каком положении город. Это такой план действий для победы ненасильственным, мирным путем. Это строительный мусор, оставленный в центре города», — сказал журналистам лидер партии «Новая Грузия» Георгий Вашадзе.

Мешки с песком и дровами к парламенту привезли лидеры оппозиционной партии «Европейская Грузия» — депутат Гига Бокерия и экс-мэр Тбилиси Гиги Угулава. Они потребовали, чтобы полиция пропустила к месту грузовую машину, однако правоохранители отказали. Сотрудники МВД пояснили, что любой частный транспорт не может проехать к месту проведения акции, исходя из мер безопасности.

После небольшой словесной перепалки оппозиционеры и их сторонники перенесли мешки из машины самостоятельно.

Лидеры оппозиции заявляют, что будут использовать «все радикальные инструменты, предусмотренные конституцией и законодательством», чтобы добиться выполнения своих требований. Они призывают сформировать временное, техническое правительство; назначить досрочные парламентские выборы по пропорциональной системе; реорганизовать Центральную избирательную комиссию.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

18/11/2019 - 19:15

Бывший спикер иракского парламента Салим аль-Джабури опроверг информацию о том, что один из его советников имел тесную связь с иранской разведкой, как следует из секретных документов, опубликованных газетой The New York Times.

«Мне об этом ничего не известно» — заявил аль-Джабури в эфире государственного иракского телеканала. Бывший чиновник добавил: «Как ответственное лицо, разумеется, я в ответе за все, что происходило, и за всех, к кому имею отношение». Однако публикация документов, по его мнению, нацелена на взрыв уличного протестного движения. Аль-Джабури указал также на ряд моментов, вызывающих сомнения, касающихся сроков публикации этой информации»

Секретные документы, опубликованные The New York Times, указывают на то, что самым ближайшим советником бывшего спикера Иракского парламента Салима аль-Джабури был иранец.

В документах, исчисляемых сотнями и отслеживавших ситуацию в Ираке в период между 2014 и 2015 годами, сообщается, что Тегеран опирался на министров в сменяющих друг друга правительствах Ирака. Отмечается, что бывший премьер-министр Ирака Нури аль-Малики и бывший министр внутренних дел Баян Джабр являются самыми известными персонами, которые тесно сотрудничали с Ираном. Глава иракской разведки также выразил готовность вплотную работать с иранским режимом.

Документы свидетельствуют о готовности Хайдера аль-Абади (до 25 октября 2018 года премьер-министра Ирака — прим. ред.) сотрудничать с разведкой Ирана, однако у Тегерана в отношении аль-Абади были некоторые сомнения.

Высшее руководство иракской разведки уведомило Иран о своей готовности сотрудничать с иранскими властями по всем вопросам. В документах есть указание на то, что Иран всегда полагался на министров в сменяющих друг друга кабинетах.

Таким образом, из опубликованных документов следует, что иракские политические деятели, представители безопасности и военные установили тайные отношения с Ираном, тогда как Иран сосредоточился на назначении высокопоставленных чиновников в Ираке.

Газета сообщает, что просочившаяся секретная информация подтверждает визит командующего спецподразделением Аль-Кудс Касема Сулеймани в Ирак для поддержки премьер-министра Ирака Аделя Абдул Махди, подчеркивая, что Сулеймани определяет политику Ирана не только в Ираке, но и в Ливане и Сирии.

В то время как Иран активно развертывает агентурную сеть на юге Ирака, иранская разведка завербовала чиновника Госдепа США, чтобы выведать планы Вашингтона в Ираке.

Документы также подтверждают, что Тегеран использовал иракское воздушное пространство для передачи военной помощи сирийскому режиму. Бывший министр транспорта Ирака в свое время отклонил просьбу Обамы прекратить эксплуатацию Ираном иракского воздушного пространства.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

18/11/2019 - 17:15

Экономический рост России ниже потенциального, но это должны будут изменить новые национальные проекты. Старт программы был медленным, но главный экономист Внешэкономбанка (ВЭБ) Андрей Клепач говорит, что это происходит из-за изменения правил инвестирования. По словам Клепача, общая сумма этих проектов составляет 27 триллионов рублей ($423 миллиардов) и является лишь верхушкой айсберга, поскольку для преобразования страны придется потратить гораздо больше.

Деньги не проблема. Должны произойти улучшение качества и контроль руководства всеми этими инвестиционными проектами, поскольку конечной целью является не только ускорение роста, но и изменение качества жизни.

Бен Арис побеседовал с Клепачем в кулуарах ежегодного Родосского форума, организованного Институтом диалога цивилизаций, чтобы обсудить эти вопросы. Ниже приведены выдержки беседы.

Бен Арис: в рамках проекта государство планирует подтолкнуть рост, в частности, инвестициями в инфраструктуру. Тем не менее, это происходит очень медленно. Рост в первом квартале составил всего 0,5%, а во втором — 0,9%. Почему экономика растет так медленно? Что не так?

Андрей Клепач: Сейчас наблюдается более скромный рост, чем 2,3% в предыдущем году. В этом году будет всего 1%. Но у нас есть потенциал для ускорения роста в следующем году, до, скажем, 1,7%. Главная проблема не в точной цифре.

Ограничения накладывает очень высокая ставка денежно-кредитной политики и жесткие ограничения бюджетных расходов. У нас очень высокая реальная процентная ставка — более 3%, но даже во время профицитного бюджета, несмотря на национальные проекты, у нас расходы все равно жестко ограничены.

Для ускорения есть потенциал. Если посмотреть на российский бизнес, то он прибылен, но также мы наблюдаем и экспорт капитала. В этом году из страны ушло около $40 миллиардов. Это значит что каждый год из страны уходит 2% ВВП. Если условия улучшатся, то эти деньги останутся в стране.

Бен Арис: Существует проблема в том, что Центральный банк России сохраняет высокие процентные ставки, потому что губернатор Эльвира Набиуллина опасается новых санкций. Это менталитет войны. Акцент делается на защиту, а не на рост, хотя сейчас, когда выстроена финансовая крепость, это понемногу утихает.

Андрей Клепач: Меня не беспокоят новые санкции. Да, это угроза, но мы живем в условиях санкций уже пять лет, и это не только ограничения займов но и деликатная тема доступа к технологиям. В результате многие проекты оказались заблокированы. Но санкции сейчас — привычные условия жизни.

Высокие процентные ставки — не лучшая защита против санкций. Это ограничение роста. Нам нужно ослабление процентных ставок и политика ослабления ограничения расходов.

Бен Арис: Резервы в Фонде национального благосостояния вот-вот превысят 7% ВВП и сейчас ведутся дискуссии о том, как потратить эти дополнительные деньги. Набиуллина убеждает что не надо торопиться, поскольку она обеспокоена инфляционным воздействием вливания больших объемов средств в экономику. Какое влияние окажет трата этих денег?

Андрей Клепач: Если взглянуть на все деньги, не только в Фонде благосостояния, но и на все накопления активов в бюджете за счет доходов от продажи нефти, то это уже не 7 а 9 процентов ВВП, поскольку все эти деньги еще не были переданы в Фонд благосостояния.

У нас будет около 1% дополнительных расходов от ВВП, но это не окажет существенного инфляционного эффекта. Министерство экономики продвигает идею о инвестировании денег за рубеж, где они не будут подвергаться инфляции. Но если истратить их внутри страны, на ту же инфраструктуру, то это окажет минимальный инфляционный эффект.

Это не расходы на зарплаты. Это расходы на дороги и жилье. В то же время Центробанк усиливает ограничения на потребительское кредитование, чтобы предотвратить возникновение там пузыря.

Возможно существуют опасения что деньги будут использованы неэффективно. Но лучше начинать проекты и следить за тем, чтобы менеджмент был квалифицированным, а не инвестировать за границу.

Бен Арис: Расходы будут большими, но есть беспокойство по поводу качества инвестиций. При крупных государственных инвестициях в крупные инфраструктурные проекты, как правительство может гарантировать качество инвестиций?

Андрей Клепач: Проблема качества инвестиций преувеличена. Крупные инфраструктурные проекты — большая проблема не только в России. В Китае есть целые города без жителей, но в то же время за последние годы там построена сеть скоростных железных дорог, что изменило образ жизни и взгляд Китая на самого себя.

Нам нужны подобные инвестиционные проекты в России — возможно, не такие крупные — но самая большая проблема — это автодороги в регионах.

У нас есть план по модернизации транспортной инфраструктуры в деревнях с населением от 200 человек. Модернизировать не только скоростные шоссе, но и всю транспортную систему. Это вопрос качества жизни для граждан. Более половины автобусов в России старше 30 лет, и все нужно обновлять и оцифровывать.

Такой проект требует денег. Мы ведем переговоры с правительством, поскольку нужны средства в размере 300 миллиардов рублей, которые будут инвестированы через Внешэкономбанк. Мы должны гарантировать качественное распоряжение этими инвестициями.

Бен Арис: из требующихся 27 триллионов рублей, я читал, обеспечены пока только 60%. Уже ясно откуда поступят эти деньги?

Андрей Клепач: На федеральном уровне будет потрачено 17–18 триллионов рублей, (остальные поступят из региональных бюджетов и частных инвестиций), но это минимальный нужный уровень.

Для модернизации того же общественного транспорта нужно гораздо больше денег. Если брать автомагистрали и все прочее, то нужно будет еще 2 триллиона рублей. У нас эти деньги есть, потому что есть резервные фонды и профицитные бюджеты на следующие три года. Проблема не в деньгах. Проблема в принятии политического решения и в регулировании. Дополнительные расходы означают, что мы должны изменить наши бюджетные правила в 40 долларов (ограничение бюджетного правила, при котором все дополнительные доходы отчисляются в фонды социального обеспечения).

В прошлом году мы слегка изменили эти правила, поскольку занимали для финансирования этих проектов, несмотря на бюджетные профициты.

Бен Арис: Если все это произойдет, то каким будет потенциальный рост России?

Андрей Клепач: Разговоров об этом много. Центробанк считает что это 1,5%. С моей точки зрения это должно быть скорее 3-4%. В долгосрочной перспективе ближе к 3%.

Потенциальный рост может быть увеличен, если увеличить инвестиции. Если инвестиции снижаются или стагнируют, то рост также стагнирует. Это можно видеть в Европе, но если инвестировать в физический или человеческий капитал, это увеличит и потенциальные темпы роста.

Я настроен оптимистично, так как мы сейчас функционируем ниже своих потенциальных возможностей. Нам не нужно увеличивать объемы расходуемых средств, а скорее ускорить актуализацию эти проектов, так что это не суммы тратящихся средств, а новая структура экономики, вот что приведет к переменам. Цифровизация образования, системы здравоохранения и так далее. В то же время это создаст новое качество жизни, и не только в Москве. В прошлом году мы уже видели как в Москве улучшилось качество жизни, в том числе, благодаря чемпионату по футболу. Но по-настоящему нам нужно улучшить качество жизни по всей стране. Одной из главных задач для ВЭБа и команды нового председателя ВЭБ Игоря Шувалова является развитие городов. Надеюсь, мы сможем выполнить эту важную роль.

18/11/2019 - 17:15

В своей новой статье о переживающей упадок России Джозеф Най (Joseph Nye) нарисовал довольно мрачную картину страны, теряющей свои позиции в смысле экономики, демографии и глобального влияния. По мнению Ная, в международной политике Россия может играть только роль подрывного фактора, однако к ней все равно необходимо относиться серьезно, потому что она до сих пор обладает значительным ядерным потенциалом и потому что переживающие упадок державы гораздо чаще готовы идти на риск. Тем не менее, объективные данные указывают на то, что характеристика России как державы, переживающей упадок, не совсем верна.

Россия обладает существенным потенциалом, и она уже продемонстрировала свою готовность играть в международной политике более важную роль, нежели роль субъекта, который все портит. Она представляет собой реальную и довольно серьезную угрозу не только для США, но и для глобального порядка в целом.

Сегодня Россия ведет игру по сценарию, который отличается от сценария, определявшего соперничество между крупными державами в эпоху холодной войны. Кроме того, современные геополитические и геоэкономические условия создают благодатную среду для того, чтобы Россия играла роль подрывного фактора в мировых масштабах. Москва уже продемонстрировала, что она мастерски умеет применять подрывные стратегии, чтобы ослаблять те страны, которые она считает своими противниками.

Несомненно, Россия сталкивается с целым рядом внутренних вызовов: сокращающееся население, слабые институты, коррумпированная политическая элита, повсеместное кумовство и покровительственные отношения, ни перед кем не отчитывающиеся службы безопасности, а также слабость диктатуры закона. Однако Россия продолжает извлекать выгоду из огромных запасов природных ресурсов и высококвалифицированной образованной рабочей силы, и она демонстрирует удивительную жизнестойкость, учитывая те вызовы, с которыми она сталкивается (хотя многие из этих вызовов она создала себе сама).

Несмотря на ухудшающиеся глобальные экономические прогнозы, колебания цен на нефть и газ, а также воздействие санкций на российскую экономику, реальный рост российского ВВП превзошел прогнозы на 2018 год и составил 2,3%. Хотя такие показатели объясняются в первую очередь разовыми эффектами энергетического строительства и тем, что в 2018 году Россия приняла у себя Чемпионат мира по футболу, прогнозы роста до 1,8% в течение следующих трех лет указывают на то, что российская экономика остается относительно крепкой.

Экономика России поднялась в глобальных рейтингах по показателю паритета покупательной силы, и сейчас она занимает шестое место, обгоняя Францию, Соединенное Королевство и Бразилию. Согласно оценке Всемирного банка, Россия находится в хорошем положении для того, чтобы реагировать на внешнюю экономическую нестабильность и на внешние потрясения, благодаря своим довольно значительным золотовалютным резервам, относительно низкому уровню внешнего долга и гибкому режиму валютного курса.

Россия также обладает таким неядерным военным потенциалом, который позволит ей соперничать даже с американской армией. Хотя по некоторым оценкам Россия ежегодно тратит на военные нужды 64 миллиарда долларов (занимая по этому показателю шестое место в мире), другие аналитики считают, что ее военный бюджет составляет 150 — 180 миллиардов долларов с учетом паритета покупательной способности (что делает Россию третьей в мире). Кроме того, Москва тратит примерно половину своего военного бюджета на конструкторские разработки, закупки военной техники и ремонт. А учитывая то, что примерно треть российских вооруженных сил составляют призывники, Россия тратит намного меньше средств на поддержание своей армии, нежели западные страны.

В рамках масштабного исследования, проведенного корпорацией РЭНД, были изучены существенные изменения в российских оборонных платформах и личном составе. Эксперты пришли к выводу, что, хотя российский военный потенциал все еще претерпевает изменения, он уже улучшился до такой степени, что «гипотетический удар [России] против стран Балтии или других членов НАТО станет серьезным вызовом для альянса».

Москва ведет прагматичную стратегическую политику, которая позволяет ей эффективно заполнять пустоту, создаваемую все более беспорядочным подходом Америки к международным делам, и использовать нестабильность глобальной экономики и политики. Россия сейчас играет более масштабную и активную роль по всему Ближнему Востоку, очевидно стремясь подорвать интересы США и Европы в этом регионе. За последние несколько лет Россия закрепила за собой военное превосходство в Черноморском регионе, а сейчас она расширяет свое влияние в Африке — опять же в ущерб США и Европе.

Что еще важнее, совершенствуемый неядерный военный потенциал России и ее расширяющийся стратегический охват потенциально играют менее значимую роль в ее способности проецировать по всему миру фактическое «влияние крупной державы», нежели продемонстрированная ей способность вести «войну нового поколения», чтобы достигать своих стратегических и внешнеполитических целей в ущерб ее глобальным противникам.

Фокус военной стратегии Москвы сместился с развертывания сил с целью физического уничтожения ее противников на стратегию проведения операций влияния, которые позволяют ослаблять ее врагов. Эта доктрина основана на идее о том, что «в войнах нового поколения будет преобладать информационная и психологическая борьба, которая сводит потребность в развертывании тяжелой боевой мощи к необходимому минимуму, заставляя армию и гражданское населения противника поддерживать агрессора в ущерб их собственному правительству и стране».

В этой области Россия является новатором, и она пытается изменить правила глобальной политики, развертывая то, что можно назвать стратегическими информационными активами, которые являются эффективными при низких затратах. Тот факт, что Россия осваивает «войну нового поколения», является отражением такой внешней политики, в основе которой лежат подрывные стратегии, то есть «вмешательство в политические процессы, экономическая и энергетическая эксплуатация (особенно в Африке), шпионаж, манипуляции посредством пропаганды и СМИ, призванные посеять разногласия в обществе и подорвать легитимные демократические процессы».

И в этом контексте та опасность, которую Россия представляет для либеральных демократических стран и основанного на нормах глобального порядка, становится очевидной. Профессор Йельского университета Тимоти Снайдер (Timothy Snyder) объяснил внешнюю политику России принципом стратегического релятивизма, согласно которому Россия может стать сильнее, только сделав другие страны слабее или такими же, как Россия.

Москва активно стремится ослабить демократические страны, потому что сам факт их существования уже представляет для Кремля угрозу безопасности: действующие демократии показывают российским гражданам, что существуют альтернативы тому коррумпированному автократическому режиму, который им навязала Москва.

К сожалению, с точки зрения тех, кто должен разрабатывать стратегический подход в отношении России, попытки Кремля сорвать демократические процессы в целом ряде стран — от США и Соединенного Королевства, до Мадагаскара, Македонии и Черногории, — являются настойчивыми и эффективными. Такая тактика, если ее интерпретировать через предложенную Снайдером концепцию стратегического релятивизма, подчеркивает те вызовы, которые несет в себе необъявленная «война нового поколения» России с Западом.

Истинная сила позиций России заключается в том, что Кремль давно понял, как можно манипулировать людьми и странами и что стране вовсе не обязательно быть самой сильной, богатой и густонаселенной, чтобы играть ключевую роль в глобальной политике. Если Россия действительно переживает упадок, тогда доктрина стратегического релятивизма заставляет ее тянуть значительную часть мира за собой.

Коннор Диллин работал в Министерстве иностранных дел и торговли Австралии и Управлении национальных оценок.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Page 9 of 1078

DISCLAIMER

Website administration WORLDAGRESSOR.COM does not assume any responsibility for the placed by Users of the Website links, photos, images, files, materials, comments, feedback and any other information. The site administration does not guarantee the accuracy of reviews added by the visitors. Not responsible in case of placement of inaccurate or incorrect information and shall be exempt from compensation of any damages due to these actions. All comments and feedback are laid out in that volume, the form and content as it was provided by Users of the Website. The Administration does not contradict the Russian legislation. Website user is solely responsible for all posted and published materials.